Дикие Лоси

Он встал с табуретки. Заиграла третья по счёту песня, весьма энергичная, задорная, но такая же по хорошему простая и грубая. Он уселся на подоконник, потирая колени. Вася посмотрел, пытаясь из-за всех сил понять что он говорит. В первые за вечер Вася по настоящему разозлился. Но из-за того что приходилось тянуть к столу что бы стряхнуть пепел от сигареты, это в его состоянии занимало столько усилий что он даже как следует сосредоточиться не мог на этой злобе. Что-то мешало. Вася хмыкнул. Он знал что и до этого разговор дойдёт. Но они уж так долго тут сидели, что он понял что тема пошла неожиданно легко...

Всё началось с губной гармошки. Задорной, громкой... они знали как немцы на них играли, но это было другой мотив. Более задорный, более залихватский. А потом вступила гитара, странно звучащая, громкая, кричащая, бьющая по ушам, но сливающееся в симфонию, потом к ней присоединился приятный мужской голос, глубокий, какой то простой, но красивый. Всё вместе это звучало странно, чужеродно, слишком громко и намешано. Но мелодии были грубы и одновременно с этим красивы, перерастали в что-то невообразимое, просто но сложное, что-то чужое и одновременно с этим родное и понятное. Как все те фронтовые и сельские романсы что они играли под гитару однополчане и соседи-сослуживцы, только немного сложнее...

Вася засмеялся. Вася запнулся, ему стало жарко. Он снял пиджак, Валя принял его и аккуратно сложил на кровать. Он был в белой рубашке и большой кобурой. Он снова закурил, но на этот даже затянуться толком не смог. Воспоминания нахлынули сплошным потоком. Десятки лиц, сотни лиц, крики, запахи... Впадавшие в истерику родители при виде истерзанных детей, вой толпы берущей приступом запертых в церкви жителей немецкой деревеньки которую местные венгры уже хотели сжечь вместе со всеми кто там был. Расчленённые тела в лесах, захоронения в подвалах. И лица выродков, сотни, сотни, сотни... Васю немного попустило...

Комната была не очень большой, но обставлена даже уютно. Насколько это можно сделать одинокому мужчине в ограниченном пространстве. Неплохой старый шкаф, большое зеркало на стене, простецкий стол и две табуретки, между ними и шкафом подушкой к окну — кушетка даже не сказать что узкая, явно не обделённая постельным бельём и шерстяным зелёным одеялом сверху...