Любит – не любит

Представь себе картину. Ты наряжаешься, впервые за полгода красишь ресницы, приходишь в приличное кафе. Мужчина встаёт навстречу, отодвигает стул, заказывает тебе десерт. Всё идёт по плану. И минут через пятнадцать до тебя доходит, что за столом вас трое. Лилии сорок семь, она провизор в аптеке. Человек спокойный, к людям привыкший, к чужим капризам и жалобам на давление относится с профессиональным терпением. На сайте знакомств она познакомилась с Аркадием: пятьдесят один год, инженер-проектировщик, разведён, на фото с удочкой и улыбкой...

Было дело, лет пять назад сидели мы на дне рождения у одной приятельницы. Стол, салаты, человек двенадцать гостей, всё как положено. И был там Эдик. Эдика знают все: громкий, весёлый, травит анекдоты, умеет поднять тост так, что даже чья-нибудь тёща промокает глаза салфеткой. Душа компании, одним словом. Примерно к третьему тосту я заметила, что все Эдиковы истории про одно и то же. Про жену. Про то, как Лариса парковалась сорок минут и в итоге поцарапала мусорный бак. Как Лариса купила платье на размер меньше, полгода худела к нему, а потом платье разошлось по шву на свадьбе у его брата...

Попалась мне недавно статейка с цифрами. Якобы в каждой третьей семье жена зарабатывает больше мужа, и якобы в половине таких семей это старательно прячут от родни. Кто считал, по какой методике, сколько тёток опросили у подъезда - не сообщается. Я к таким исследованиям отношусь с большим подозрением: прочитать можно, верить необязательно. Но вторая половина фразы меня зацепила. Прячут. От родни. Зачем? Ответ, как водится, нашёлся не в статье, а у знакомых. Жанне сорок четыре, она технолог на кондитерской фабрике...

- Это ещё что за новости? На море? Одна? - Не одна, с Таней. - С Таней, - передразнил Олег. - Знаю я эту Таню. И что вы там будете делать? - Купаться, Олег. Загорать. Ты же сам сто раз твердил, что мы свободные люди и штамп ничего не значит. - Штамп - это одно. А ты моя женщина. Этот разговор мне Марина пересказала почти дословно, и я потом весь вечер ходила и бормотала про себя: «Штамп - это одно». А что тогда другое? Видимо, всё остальное. Всё, что Олегу удобно. Марине сорок три, Олегу сорок шесть...