Ольга Панфилова

Поначалу я разрешила свекрови ездить на мою дачу без звонка. Через два месяца она уже меняла грядки, приглашала родню и говорила о доме как о своём. Когда муж принёс мне проект дарения половины дачи и назвал подпись «формальностью», спорить я перестала. — Считай, дачу ты уже подарила семье! — усмехнулась Галина Петровна и постучала ногтем по листу, разложенному на моём столе. — Осталось бумаги привести в порядок, чтобы потом никто не бегал за тобой с каждым вопросом. На листе был нарисован мой участок...

До сделки оставалась одна ночь. Триста тысяч уже были у продавца, свекровь выбирала мебель, а Сергей уверял меня, что отступать поздно. Но прежде чем переводить остальные деньги, я решила выяснить, что именно муж успел оформить без моего согласия. – Дом оформим на маму, так надёжнее, – сказал Сергей и положил на кухонный стол синюю папку. – Завтра Валентина Петровна подпишет договор, ты переведёшь деньги продавцу, и наконец закончим эту эпопею. Я всё уже организовал. До встречи с продавцом оставалось четырнадцать часов...

До платежа оставалось три дня. Часть заёмных денег действительно прошла через наш семейный счёт, поэтому слова Сергея звучали убедительно даже для моей сестры. Но на семейную встречу я попросила его принести не удобный кусок выписки, а весь договор. Сергей положил передо мной телефон и дважды постучал пальцем по экрану. — У тебя на вкладе миллион четыреста тысяч. Завтра снимешь деньги и переведёшь мне. В пятницу я должен закрыть платёж, поэтому тянуть больше некуда, — произнёс он тем деловым тоном, которым обычно сообщал, когда собирается менять резину на машине или вызывать сантехника...