"Ночные Истории"

Аня узнала об этом от соседки. Галина Фёдоровна с третьего этажа — маленькая, внимательная, с привычкой замечать всё — поймала её у лифта в пятницу вечером. — Анечка, у вас сегодня весь день туда-сюда. Грузовик стоял, мужчины таскали коробки. Я думала, вы знаете. — Какой грузовик? — Ну, большой. С вещами. И женщина такая — в тёмном костюме, командовала всеми. Аня смотрела на неё. — Спасибо, Галина Фёдоровна. Она поднялась на пятый этаж. Открыла дверь своим ключом. Остановилась. Прихожая изменилась...

Вика узнала об этом от тишины. Не от звонка, не от сообщения — просто пришла домой раньше обычного, открыла дверь, и квартира встретила её тем особенным молчанием, которое бывает, когда что-то изменилось, но ещё не сказано вслух. На вешалке — чужая сумка. Кожаная, дорогая, с золотыми пряжками. Свекровина. Из спальни — голоса. Тихие, быстрые. Вика остановилась в прихожей. — ...и никому не говори, она не должна знать раньше времени, — голос Нины Михайловны. — Сначала оценщик, потом уже объясним. — Мам, но если она заметит...

Лена узнала об этом от бухгалтера. Не от мужа, не от свекрови — от Ирины Витальевны, пожилой, аккуратной, которая вела бухгалтерию кафе с самого открытия и никогда не звонила просто так. — Лена, мне неловко это говорить. Но сегодня приходил мужчина. Сказал, что он новый совладелец. Назвал себя Артёмом. Спрашивал про оборот за квартал, про поставщиков. Я сказала — только с разрешения Елены Николаевны. Он сказал, что ты в курсе. — Я не в курсе, — сказала Лена. — Вот именно. Поэтому звоню. — Спасибо, Ирина Витальевна...

Катя узнала об этом случайно. Она вернулась домой раньше — совещание отменили, она поймала такси, думала порадовать Максима ужином. Открыла дверь своим ключом. Из кухни доносился голос свекрови — Людмила Андреевна что-то говорила по телефону, весело, оживлённо. Катя сняла куртку. Прошла в спальню — хотела переодеться. Открыла гардеробную. Остановилась. На левой секции, где всегда висел белый чехол, была пустая вешалка. Просто вешалка, металлическая, холодная. Катя смотрела на неё. Потом провела рукой по полке — там ничего...

Полина узнала цену этому браку в субботу вечером. Не постепенно, не по кусочкам — в одну секунду. Когда Дмитрий встал из-за стола, взял стакан с томатным соком и поставил его обратно — резко, с размаху, так что сок плеснул на скатерть, на тарелки, на её новую белую блузку. Он не опрокидывал специально. Или специально. Она так и не поняла. Гости — двое его приятелей с работы — притихли. Женщина напротив спрятала взгляд. Мужчина у окна кашлянул. Дмитрий смотрел на жену. — Чего смотришь? Тряпку возьми...