Дзеновский Библиотекарь - Артур Васильев

Семь договоров в четырёх организациях и почти двести семьдесят тысяч рублей требований числились на моё имя. Первый официальный ответ оказался не в мою пользу. Тогда пришлось искать не оправдание, а доказательство. Телефон зазвонил, когда я сводила квартальный отчёт. Номер был незнакомый. Я хотела сбросить вызов, но машинально ответила. В отделе в тот день было тихо, коллеги разошлись на обед, и голос мужчины из трубки прозвучал особенно отчётливо. — Елена Викторовна, я звоню по поводу просроченной задолженности...

Виктор уже обсуждал с Олегом, кто какую комнату займёт, а мой отказ от покупки считал формальностью. До сделки оставалось совсем немного, но подписывать отказ я не собиралась. – Накопления отдашь на выкуп доли брату, – сказал Виктор так, будто речь шла о покупке нового холодильника. – Олег потом постепенно всё вернёт. Зато половина квартиры останется у своих. Передо мной на кухонном столе лежало извещение. Сергей Петрович, наш сосед и второй собственник квартиры, продавал свою половину за два миллиона восемьсот тысяч...

Два года я платила банку за её лечение и не трогала тему комнаты. Когда квартиру уже подарили Оксане, муж сказал, что мать вправе распоряжаться своим жильём. Только на последней расписке стоял срок возврата, истёкший раньше дарственной. «Лечение оплатила ты, а квартира дочери», – сказала Галина Петровна и подвинула ко мне сахарницу, будто речь шла о том, кому достанется старый сервиз. Я сначала даже не поняла, зачем она это уточняет. На кухне у свекрови всё стояло на привычных местах. Магниты на холодильнике...

Олег уверял, что моя подпись нужна только «для порядка», потому что платить будет он. Но в договоре на моё имя этот порядок почему-то включал аренду, коммунальные платежи, ущерб и обеспечительный платёж. – На Марину оформим, – сказал Олег так быстро, будто Андрей Михайлович спросил, какой у нас сегодня день недели. – Она будет по договору. Я стояла у окна в пустой комнате и смотрела на мужа. Галина Петровна уже открывала шкаф в прихожей, проверяя, не заедает ли дверца. Квартира ей понравилась: второй этаж, автобусная остановка рядом, магазин через дорогу...

Муж называл половину квартиры обычной семейной договорённостью. Я не стала доказывать им что-то за кухонным столом. Решила, что на приёме каждый услышит мой ответ от меня. — Наследство бабушки теперь под мой контроль, — сказала Галина Петровна и положила на стол синюю папку. — Тебе сейчас не до бумаг, поэтому я всё организую. Я посмотрела сначала на папку, потом на свекровь. После похорон бабушки прошло меньше трёх недель. Я ещё по привычке набирала её номер, когда хотела спросить, куда она складывала квитанции или кто из соседок держит запасной ключ от тамбура...