Daler D.

--- Основной текст: — Капитан! Срочный доклад от дальнего дозора! — Голос оператора в наушнике был напряженным. — В десяти километрах от периметра сосредотачиваются враждебные силы. Значительные силы! Капитан базы «Ворота» подошел к тактическому голограмму. На нем алым светом пульсировала огромная масса отметок. —Черт... Они решили напасть так быстро? — пробормотал он, но в его голосе не было страха, лишь досада. — Ладно... Не наша проблема. Дальше «Красной линии» они не пройдут. — Капитан... сколько их? — спросил молодой лейтенант, глядя на пугающую концентрацию сил. — По тепловым сигналам и данным БПЛА...

Тронный зал Винтерхельма, обычно сиявший холодным величием, сегодня был похож на растревоженный улей. Высокие арочные своды усиленно многократно отражали крики и гневные реплики собравшихся лордов и военачальников. — Ваше Величество! Наши лучшие разведчики-тенебры пропали! — один из командиров, с лицом, изборожденным шрамами, почти не сдерживал ярости. — Они вошли в Разлом, и от них не осталось ни звука! А теперь... теперь из него выходят они! На их колесницах без лошадей, в одеждах цвета грязи! — Это явная провокация! — подхватил другой, тучный лорд с пунцовым лицом. — Они выманили наш отряд...

— База, это «Феникс». Мы взяли с собой местную жительницу. Девочка, внучка мага. Может выступать как переводчик и источник информации. В динамике несколько секунд царило молчание, слышался лишь отдаленный гул голосов на командном пункте. —Отлично, «Феникс», — наконец ответили, и в голосе оператора слышалось одобрение. — Добро на ее сопровождение. «Феникс», вы уже четверо суток в пути. Ваша провизия на исходе. Возвращайтесь к Вратам для пополнения запасов и дебрифинга. — Принято, база. Возвращаемся. Обратный путь занял меньше времени, но чем ближе они подбирались к точке входа, тем больше тревоги читалось в глазах Элвиры...

Первое, что поразило отряд «Феникс» — была нормальность. Яркое, теплое солнце. Полевая трава, колышущаяся на ветру. Чистое голубое небо. Если бы не данные навигатора, упрямо показывающие нулевые координаты и полное отсутствие спутников, можно было бы подумать, что они просто переместились в другую сельскую местность на Земле. — Это отряд «Феникс», — доложил Аянокодзи. — На нашей стороне все чисто. Никаких угроз. — Принято, «Феникс», — ответил с хрипотцой голос из базы. — Продолжайте разведку по утвержденному маршруту. Камеры работают в штатном режиме. Мы вас видим. — Принято. Поехали. Они углубились в холмистую местность, и через несколько километров их радары засекли движение...

Утро было холодным и бездушным, как взгляд часового. На специально отгороженной площадке перед Вратами, которые теперь представляли собой не просто разрыв, а обрамленный стальными балками и опутанный датчиками портал, царила лихорадочная активность. Их «колесница» ждала — огромная, бронированная машина на массивных колесах, больше похожая на межпланетный ровер, чем на земной транспорт. Ее корпус был покрыт матовым, поглощающим свет составом, а внутрь вела герметичная дверь. Подходили последние минуты перед отправкой. — Экипировка — новейшие образцы, — голос сержанта Кенты гремел, заглушая гул генераторов...

Лагерь «Зеро» представлял собой городок из серых сборных модулей, затерянный в глуши. Аянокодзи сидел в своей новой, временной комнате, изучая доклад. Цифры и факты складывались в мрачную картину. «Значит, всего шесть отрядов. И мы, «Феникс», — первые. Разведка, пушечное мясо, приманка — называй как хочешь. Спустя 72 часа, если мы не подадим сигнал или не вернемся, зайдут остальные пять. И я так понял, их миссия будет уже не разведывательной, а зачищающей». Он откинулся на стуле. «База сразу за Вратами... Интересно. Они не просто изучают, они готовятся к оккупации. Локк не теряет времени зря»...

Старая военная часть на окраине Токио пахла тем же, чем и семь лет назад: краской для газонов, машинным маслом и пылью. Но теперь к этому знакомому коктейлю добавился запах страха и предвкушения — того самого, что витает в воздухе перед большим прыжком в неизвестность. Аянокодзи стоял перед воротами, позволяя редкой улыбке тронуть свои губы. Здесь он был молодым и глупым. Здесь ему впервые показали, что такое настоящая боль и настоящая дружба. Двери распахнулись, и оттуда, словно шквальный ветер, вынесся коренастый, плотно сбитый мужчина с сединой на висках и лицом, прожженным солнцем и ветром...

Два года тишины. И один звонок, от которого у бывшего агента похолодела кровь. Горячая вода смывала с него чужую кровь и пепел сгоревшего города. Он думал, что худшее позади. Но тихий звонок из забытого телефона доказал: кошмар только начинается. Вода была обжигающе горячей, но Аянокодзи не чувствовал ничего. Он стоял, опершись ладонями о кафельную стену, позволия струям бить ему в спину, в затылок, смывая серую грязь, бурые разводы запекшейся крови и тот едкий, приторный запах гари, что въелся в кожу. Его разум, обычно холодный и собранный, был похож на рацию, в которой одновременно кричат десятки голосов...

Тайная служба «Серафимы» знала о вторжении заранее. Их план шокировал глав всех держав В сверхсекретном бункере собралась Большая Восьмерка, чтобы решить судьбу двух миров. Их спор прервали двое, чье появление заставило замолчать даже президентов. За бронированной дверью, в стерильной тишине подземной ситуационной комнаты, витал запах дорогого кофе, пота и страха. Не животного страха перед монстрами, а холодного, политического — страха перед непредсказуемыми последствиями. — Это акт войны! Точечное вторжение! — стукнул кулаком по столу представитель одной из западных держав. — Мы должны ответить...

Они думали, что принесли нам ад. Они ошибались. Мы показали им его истинное лицо. «Огонь на поражение!» — эта команда прозвучала не как приказ, а как бальзам на душу. И тогда улицы Токио ответили оглушительным ревом, от которого задрожала сама земля. — Папа! Пронзительный детский крик разрезал воздух, и полицейский, до этого момента сжимавший пистолет с безнадежным отчаянием, резко обернулся. Его лицо, искаженное ужасом, на мгновение застыло, а затем расплылось в гримасе, где смешались неверие, облегчение и слезы. — Сакура! Боже мой! Он бросился вперед, подхватил на руки девочку, которую Аянокодзи только что вытолкнул из тупика...

Первым пришел звук. Не крик, а хруст. Хруст ломаемых костей и рвущейся плоти. Потом запах — гари, крови и чего-то кислого, нечеловеческого. Аянокодзи открыл глаза в мире, который сошел с ума. Сознание вернулось к нему волной боли. Острая, пульсирующая боль в виске. Он лежал в груде битого кирпича и пыли, отброшенный взрывной волной от Врат в стену соседнего здания. В ушах стоял оглушительный звон, но сквозь него уже пробивались другие, куда более жуткие звуки. Рев. Не человеческий рев, а низкий, исходящий из утробы горловой рык. Визг, от которого стыла кровь. И навязчивый, беспрерывный хруст. Аянокодзи поднял голову...

Он ждал лимитированную фигурку. Получил — апокалипсис. Утро было идеальным. Единственный день, когда он позволял себе забыть о прошлом. Но уже через час ему предстояло столкнуться с будущим, от которого застынет кровь в жилах. Тиканье часов на прикроватной тумбе было единственным звуком, нарушавшим утреннюю тишину его квартиры. Аянокодзи Кей открыл глаза. Ровно в 6:00. Без будильника. Его тело, годами жившее по армейскому распорядку, даже не думало о другом варианте. Ему было двадцать семь, и он носил свой возраст как тщательно скроенный плащ — внешне безупречный, но внутри утяжеленный невидимым грузом...