История, которой не учили

Она начали свой путь как рабыня, а закончила как одна из самых могущественных женщин в мировой истории XVI века. Её называли «королевой света» — Нурбану. Она стала первой официальной валиде-султан и главной архитекторшей эпохи, которую османисты называют «Султанатом женщин». Но кто она была на самом деле: хитрой венецианской аристократкой, скромной гречанкой или гениальной политической интриганкой? Тайна, окутанная Средиземноморьем Загадка начинается с её происхождения. Историки до сих пор ломают копья в спорах о том, кто же была Нурбану...

Евнухи. Когда мы слышим это слово, перед глазами встают знакомые образы — суетливый Сюмбюль-ага, роняющий пиалы с шербетом и сетующий на свою женскую долю; невозмутимый Гюль-ага, говорящий коротко и по делу; статный Мерджан-ага, чья преданность Шах-султан стоила ему жизни. Сериал нарисовал яркую галерею этих персонажей, сделав их чуть ли не самыми обаятельными в гареме. Но комедийная маска часто скрывает истинное лицо истории. За шутками и интригами «Великолепного века» стоит пугающая реальность:...

1522 год. Стамбул. Дворец Топкапы. В гареме — праздник. Сулейман только что получил весть: Хюррем родила девочку, и обе чувствуют себя хорошо. В те времена рождение дочери редко встречали с восторгом — наследникам предпочитали сыновей. Но османский летописец Мустафа Селаники засвидетельствовал: «в гареме царила радость, какой не видели со времён рождения шехзаде» . Сулейман сам выбирает имя новорождённой. Михримах — с персидского означает «Солнце и Луна» . В одном имени — свет, тепло, женская сила и холодная твёрдость...

1520 год, Рогатин, королевство Польское (ныне Украина). Александра Лисовская просыпается от петуха. Ей пятнадцать. За окном — рассвет над Днестром, в комнате пахнет свежеиспечённым хлебом и мёдом. Отец, священник Гаврила, уже ушёл в церковь. Мать ставит на стол кувшин молока — ещё тёплого, от коровы Зорьки. Александра смотрит в маленькое мутное зеркальце. Там — рыжие, как пламя, волосы, собранные в косу. Зелёные глаза с золотыми искрами. Веснушки, рассыпанные по носу, как мелкие монетки. Она смеётся — громко, беззаботно — и бежит во двор...

Представьте себе начало XVI века. Северный Кавказ. Скалистые ущелья, буйные реки и обычаи, где честь и воинская доблесть значат больше жизни. Именно здесь, примерно в 1496-1498 годах (точная дата скрыта туманом истории, но мы знаем, что она была старше Хюррем примерно на 6-8 лет), родилась девочка из знатного черкесского рода Кануковых или, по другой версии, албанская княжна. Её настоящего имени мы не знаем, и это добавляет мистики. Её душу, как и душу многих кавказских пленниц, ждал Стамбул. Как...

Тёмные своды Петропавловской крепости, февраль 1718 года. Леденящий холод, пахнет сыростью, страхом и кровью. У стола сидит не судья, а отец. Напротив, на деревянной скамье, съёжившись от ужаса, — его единственный взрослый сын. Между ними — протокольные листы, чернильница и лежащий на столе окровавленный кнут, ещё не просохший. Царь Пётр Алексеевич не задаёт вопросов. Он ведёт допрос. Его инструменты — не слова, а дыба, огонь, свист плетей. Его цель — не истина, а признание. Признание в самом страшном для него преступлении — в желании быть другим...

Сентябрь 1698 года. Москва. В воздухе стоит смрад гари и разложения. На стенах Белого города и у ворот монастырей неделями висят почерневшие трупы. Царь Пётр Алексеевич, только что вернувшийся из просвещённой Европы, устроил не просто казнь. Он организовал тотальный спектакль ужаса, где был и режиссёром, и главным палачом. Почему самый прогрессивный государь русской истории взял в руки топор? И что на самом деле означала эта кровавая жатва? Формальная причина — мятеж четырёх стрелецких полков, недовольных тяготами службы на западных границах...

1698 год. В Россию возвращается молодой государь Пётр Алексеевич. Он два года путешествовал инкогнито с «Великим посольством» — учился корабельному делу в Голландии, изучал новые технологии в Англии, вёл дипломатические переговоры. Но те, кто встречал царя на родине, не могли скрыть изумления. Будто это был другой человек. И с этого момента рождается самая дерзкая конспирологическая теория русской истории: а вернулся ли из-за границы подлинный Пётр? Или на престол взошёл самозванец?* Тень недоверия легла почти сразу...

Она выросла не в светлице, а в коридорах власти, пахнущих воском, кровью и страхом. Ее детство пришлось на последние, самые мрачные годы царствования Ивана Грозного — время, когда бояре просыпались, не зная, где окажутся к вечеру: за пиршественным столом или на плахе. Опальная колыбель Ирина Годунова родилась в семье, чье благополучие висело на волоске. Годуновы возвысились не по древности рода, а по ловкости и верности. Дядя Ирины, Дмитрий, был опричником. Отец, Федор, — вязниковским помещиком средней руки...

Она взошла на трон, как восходит зимняя луна — холодная, одинокая, осветившая Россию железным светом страха. Ее правление стало десятилетием, когда власть пахла морозом, порохом и духами, заглушавшими запах крови. Она была дочерью царя Ивана V, старшего, но болезненного брата Петра Великого. С детства — тень при дворе. Когда Петр, верша историю, рубил окно в Европу, Анну, тогда юную девушку, выдали замуж за герцога Курляндского Фридриха Вильгельма. Брак длился всего два месяца — герцог умер на обратном пути из Петербурга...

Происхождение Она родилась в декабрьские сумерки 1718 года, в Ростоке, в холодных стенах Мекленбургского замка, и с первого вздоха была дитя двух миров, ни в одном из них — не своя. Ее мать — царевна Екатерина Иоанновна, племянница Петра Великого, дочь старшего брата-соправителя, царя Ивана V. Русская царевна, выросшая в теремах Кремля, носившая в крови и груз московской старины, и ветер петровских перемен. Ей выпала участь стать дипломатической монетой: ее выдали замуж за герцога Карла Леопольда Мекленбург-Шверинского, человека жестокого, воинственного и скупого...

Октябрь 1943 года. Вторая мировая война в разгаре. В тихой гавани Филадельфии готовится к выходу в море ничем не примечательный эсминец «Элдридж» DE-173. Его команда — обычные парни из разных штатов. Никто из них не подозревает, что через несколько минут они станут либо первыми путешественниками сквозь пространство, либо жертвами самой страшной военной аномалии в истории. Пролог: Ночь, когда стёрлись границы В воздухе пахнет озоном и морской солью. Над палубой начинают мерцать странные сине-зелёные огни...