Голос бытия

– А ты уверен, что не перекладывал мою зеленую блузку? Я точно помню, что вешала ее с краю, сразу за твоим пиджаком, чтобы утром не гладить. А теперь она висит в самом конце, зажатая между пуховиком и зимним пальто. Естественно, вся мятая. Мужчина, стоявший в дверях ванной с зубной щеткой во рту, лишь недоуменно пожал плечами. Его взгляд выражал искреннее непонимание масштаба трагедии. Для него шкаф был просто местом, где вещи материализуются чудесным образом, чистые и выглаженные. – Лен, ну зачем мне твоя блузка? – пробормотал он, сполоснув рот...

– Танечка, ну ты же понимаешь, это просто формальность. Обычная бумажка для банка. У меня там все схвачено, бизнес-план – бомба, через полгода я этот кредит закрою досрочно, даже не заметишь, – Вадим разливал чай по чашкам с такой широкой улыбкой, что у Татьяны невольно закрались подозрения. Она сидела за накрытым столом в квартире свекрови, Нины Петровны. Воскресный обед, который обычно проходил под мирное звяканье ложек и обсуждение дачных посадок, сегодня напоминал напряженные переговоры. Вадим, старший брат ее мужа Сергея, был возбужден сверх меры...

– А куда нам ставить этот ящик с помидорами? Тут уже ступить негде, все полки забиты твоими банками, скоро банки на голову падать начнут, – недовольно пробурчала молодая женщина, брезгливо отодвигая ногой трехлитровую банку с компотом, стоящую прямо на полу в прохладном предбаннике погреба. Валентина Андреевна, вытирая руки о передник, выглянула из летней кухни. Ей было жарко, душно, от плиты шел пар – варился маринад для огурцов. Август в этом году выдался урожайным, и она, по старой привычке, старалась переработать все, что дала земля...

– Ну выручай, Ленка! Ну горю же! Мне на собеседование надо, кровь из носу, такая вакансия подвернулась – мечта, а не работа. А этих оглоедов девать некуда. Садик на карантине, мама на даче с давлением лежит. Ты же все равно дома сидишь, в компьютер свой пялишься. Какая тебе разница – с двумя сидеть или одной? Золовка стояла в прихожей, нервно теребя ремешок сумочки, и смотрела на Елену умоляющими глазами. Рядом с ней, уже стягивая ботинки и не дожидаясь приглашения, топтались шестилетние близнецы – Пашка и Сашка...

– А ты уверена, что он не вернется? Мужики, они как бумеранги. Сначала летят туда, где трава зеленее, а как прижмет – сразу обратно, в родное гнездо, – Людмила, лучшая подруга Татьяны еще со студенческой скамьи, помешивала ложечкой остывший чай и смотрела на подругу с нескрываемым скепсисом. Татьяна улыбнулась, отставляя в сторону банку с краской. Она стояла посреди гостиной в старых джинсах и свободной футболке, на щеке было белое пятно от грунтовки, но глаза сияли так, как не сияли уже очень давно...