Svetlana Laubach

Последние месяцы я почти не появлялась здесь. Но это молчание не было паузой или потерянностью — это был путь внутрь, туда, где тихо рождается музыка. Иногда, чтобы что-то сказать, нужно долго молчать. И именно такое молчание было у меня. Я работала над альбомом, который жил во мне много лет. Он рос медленно, через боль, через любовь, через утраты, через моменты, после которых становишься другим человеком. И я не могла публиковать ничего раньше, пока пыталась понять свою собственную историю. Сегодня — впервые — я рассказываю о нём открыто...

Реальная история, немного статистики и важное о банковской системе. Я работаю музыкантом. Это значит, что я живу между вдохновением и расписанием, между концертом и уроком, между клавишами и тишиной. Но однажды музыка перестала помещаться в съёмной квартире… Когда мы только переехали в Германию, у нас не было ничего — только старое фортепиано, которое занесли через кладбище. А позже — блестящий рояль, который нельзя было трогать: соседи звонили в дверь через минуту после аккорда. Тогда я мечтала: когда-нибудь у меня будет дом, в котором можно просто играть...

Как я попала в музыкальную школу и почему теперь могу играть даже ночью. Мы переехали. И в первый же день — в квартиру вместе с нами въехал он! Мой первый, новый рояль! Он сиял, пах деревом и надеждой. Я села, провела рукой по клавишам, сыграла пару аккордов — и вдруг… звонок в дверь. — Так не пойдёт, — сказали соседи. И это было только начало: пугающее и неожиданное. Для меня это было шоком: когда я жила в прежней квартире, соседи просили… не закрывать окна, чтобы слушать музыку. А здесь — письма, жалобы, злость...