Книга заклинаний

Два дня до назначенной встречи тянулись бесконечно. Ариадна готовилась, как перед битвой. Она перечитывала дневник Дмитрия, свои записи, списки из альбома. Она пыталась предугадать, какие вопросы задаст Баженов, какие ловушки расставит, какие слабости попытается использовать. Но главное — она готовила то, с чем придёт на встречу. Не оружие, не документы. Нет. Она готовила себя. Стрельников был против этой встречи категорически. Он предлагал любые альтернативы: засаду на подъезде, слежку за выезжающими из усадьбы, даже официальный обыск с привлечением генерала Шубина и его связей...

Письма и фотография, найденные в тайнике Рябова, стали ключом к новой двери. Семён Семёныч, изучив почерк на конвертах, с уверенностью заявил, что он принадлежит не самому Рябову и не его «куратору», а какому-то третьему лицу — возможно, писарю или секретарю, работавшему на Баженова. Но главное было в другом: на одном из конвертов стоял штемпель почтового отделения в Ораниенбауме. — Ораниенбаум, — задумчиво протянул Стрельников. — Там летние дворцы, дачи знати, парки. Идеальное место для человека, который хочет быть рядом со столицей, но вне её суеты...

Показания генерала Шубина стали сенсацией в тех узких кругах, где ещё теплилась надежда на справедливость. Граф сдержал слово: на следующее же утро его секретарь доставил в канцелярию прокурора объёмистый пакет с собственноручно написанным заявлением и копиями страниц из альбома. Генерал требовал официального расследования не только кражи серебра, но и попытки завладения документами, представляющими, по его мнению, «государственную важность». Эффект был подобен разорвавшейся бомбе. Дело, которое пытались замять, получило новое дыхание...

Альбом с отчётностью лежал на столе в каморке Ариадны, как заряженная бомба. Теперь у них было не просто доказательство — у них был документ, связывающий сеть Баженова с конкретными людьми, суммами и датами. Но оставалась одна проблема: как легализовать эту улику? Альбом был получен неофициально, через частную беседу с генералом, который даже не подозревал о его истинной ценности. Чтобы использовать его в суде, нужно было заставить самого генерала дать показания. А генерал Шубин, старый вояка с крутым...

Альбом с отчётностью стал новой путеводной нитью. Семён Семёныч, изучив списки, обнаружил среди имён одно, которое не было им знакомо: «Анна Л. (особое поручение)». Рядом стояла сумма выплаты — крупная, единовременная, помеченная датой, совпадающей с исчезновением Дмитрия. И короткая пометка: «Освобождена. Направлена по адресу: Б.М. ул., доходный дом кн. Оболенского». — Это та самая заложница, — выдохнула Ариадна. — Женщина, которую Дмитрий спасал, когда передавал список Баженову. Анна Л. Она жива...