Чужие истории, свои выводы

— Да как ты мог?! Она же жена моего брата! — мой голос срывался на крик, слёзы застилали глаза. — И давно у вас это? Он молчал. Стоял у окна, спиной ко мне, и молчал. Эта тишина была хуже любых слов. — Вся станица уже давно жужжит за моей спиной, — продолжала я, чувствуя, как внутри всё сжимается в тугой, болезненный узел. — Какой позор! Как ты в глаза детям собираешься смотреть? Он резко развернулся. В его глазах — ни капли раскаяния. Только глухая, давно выношенная решимость. — А что я должен делать? — голос его был жёстким, чужим...

Начало — [часть 1]. Ресторан — [часть 2]. Пропавшие миллионы — [часть 3]. Автосалон - [часть4] Он пришёл под вечер — с букетом, который едва помещался в дверях. Алые розы, пятьдесят одна штука. Я насчитала потом, когда ставила в вазу. Интересно, сколько же он на них потратил? Деньги, которых нет, он тратил легко. Как всегда. — Милая, это тебе, — он чмокнул меня в макушку, пока я стояла у плиты. — Прости, что не смогли сегодня купить машину. Понимаешь, работа, будь она проклята. Завтра всё решим, я обещаю...

— Мам, ну согласись, это честно. Я такая же твоя дочь, как и Марина, — Алла говорила ровно, будто делила не квартиру, а коробку конфет. — Пополам. По закону так и положено. Валентина Степановна медленно отставила чашку. Руки у неё чуть дрожали — не от волнения, а от возраста. — По закону, значит, — тихо повторила она. — По закону, — кивнула Алла и открыла на телефоне какой-то юридический сайт. — Вот, смотри, я специально узнавала. Дети — наследники первой очереди. Поровну. В дверях кухни стояла Марина...

Начало — [часть 1]. Ресторан — [часть 2]. Пропавшие миллионы — [часть 3]. Ночь — Елена, — произнесла она в трубку. — Я думала, вы позвоните раньше. Голос был ровным, как гладь воды перед штормом. Ни тени растерянности, ни капли вины — уверенность, выточенная из стали. Я стояла на балконе, прижавшись лбом к холодному стеклу, и смотрела на огни засыпающего города. Где-то там, за прозрачной преградой, на диване развалился мой муж, безучастный к чужому телефонному разговору, и телевизор заливал комнату фальшивым смехом...