Истории без прикрас | Катерина Рэй

Начало Сначала я просто не знала, что делать. Марта стояла посреди кухни, косилась на мой халат и казалась растерянной не меньше меня. Когда я достала миску и сыпанула ей корм — она подошла не сразу. Понюхала, отступила. Потом всё-таки поела, не торопясь. Похоже, мы с ней были в одинаковом ступоре: «И что теперь?» Я никогда не думала, что окажусь в ситуации, где собака — это мой единственный компаньон. Не подруга, не мама, не соседка, не коллега по работе. А пёс. И он, к слову, оказался очень тонко чувствующим...

— Она опять поставила рамку на комод. Я держала в руках чашку с утренним кофе, а внутри всё дрожало. Словно этот самый кофе я выплеснула себе на грудь. — Что? — Андрей даже не оторвался от газеты. — Фотографию. Ольги. Она снова стоит на моем комоде. На моём, Андрей. Я вчера её убрала, ты видел. Он вздохнул. Так, как вздыхают люди, которым надоело быть между двух огней. Хотя я не кричала. Никогда не кричала. — Это же её дом, Мари. Эти слова он произнёс ровно. Без упрёка. Без осознания их веса. — Нет, Андрей...

Когда ты входишь в чужую семью, важно понять: ты там навсегда гость, даже если делаешь уборку и жаришь котлеты на всех. — Она не придёт, — буднично сказал Саша, не отрываясь от телефона. — Как это не придёт? — я остановилась с миской оливье в руках. — Мама. Она сказала, что раз я живу теперь «не с той», то ей здесь делать нечего. Я поставила миску на стол и, кажется, даже не ахнула. Просто села. Вечер 31 декабря. Ёлка горит, посуда вымыта, кот спит на батарее, всё готово. Всё — кроме семьи, которой у нас теперь как будто бы и нет...

— Ну, ты же понимаешь, я не могу её не забрать, — он говорил тихо, не глядя на меня. Я кивнула. Хотя нет — я кивнула себе, чтобы не разрыдаться. Это была суббота, конец апреля. В окне было хмуро, серо и как будто сыро даже без дождя. Мы сидели на кухне: я напротив Серёжи, с чашкой холодного чая, он — с усталым лицом, которое я в последний раз видела таким на похоронах его отца. Тогда ему было 28. Сейчас — 47. А у меня в голове одна мысль: ну почему это всё должно происходить именно сейчас? Мы только-только начали жить по-новому...

— Только не смей открывать тот ящик. Он сказал это шутливо, с улыбкой. Но глаза у него были серьезные. Не грозные, нет. Скорее… настороженные. Я еще тогда должна была понять. Это был первый вечер, когда я ночевала у него не «в гостях», а уже «дома». Переезд дался мне нелегко — не потому, что вещей было много. Их как раз почти не было. Я всегда жила налегке. Просто в голове не укладывалось: всё, теперь я здесь. С ним. Навсегда? Ну, по крайней мере — надолго. Мы сидели на полу среди коробок, ели пиццу руками, пили вино из стаканов...