Ксюша | Истории из парикмахерской

Любовь Ивановна сидела в моем кресле, понурив плечи. Мы делали ей привычную химию, но она не частила советами как обычно и не пересказывала сюжеты вечерних ток-шоу. Она смотрела в зеркало на свои руки - узловатые, с выступающими венами, которыми она сорок лет мыла полы в школе и пекла лучшие в районе беляши. Сегодня эти руки дрожали. Любовь Ивановна - женщина крепкая, из тех, кто и в семьдесят на даче вёдрами ворочает, но сейчас она выглядела сдувшимся мячиком. - Ксюш, - тихо позвала она, когда я начала накручивать коклюшки...

Вера работает старшей медсестрой в отделении кардиологии. У неё тяжелый взгляд человека, который видел слишком много чужой боли, и натруженные руки с коротко подстриженными ногтями. На ней был обычный серый свитер с катышками на рукавах и простые джинсы. Она из тех женщин, на которых держится всё: и работа, и дом, и вечно болеющая мать, и непутевая младшая сестра. Телефон Веры, лежащий на столике рядом с чашкой остывшего чая, вибрировал не переставая. Имя «Мама» всплывало на экране каждые десять минут...

Марина Викторовна сидела в моем кресле уже сорок минут. Мы обновляли её каре на ножке. Обычно она женщина-праздник, всегда расскажет про новую рассаду или скидки в хозяйственном, но сегодня она молчала, глядя в зеркало расширенными, словно от испуга, глазами. Телефон Марины Викторовны лежал на салфетке. Он не звонил. Совсем. Она то и дело косилась на экран, проверяя, есть ли сеть, но аппарат хранил мертвое молчание. Когда я начала подравнивать затылок, её плечи вдруг резко опустились, и она выдавила: - Ксюш, а ведь он вчера сказал, что мы ему никто...

Надежда Петровна сидела в моем кресле неподвижно, сложив на коленях покрасневшие от холода руки. Она пришла на обычную стрижку под каре, самую бюджетную. На ней было пальто, которое носили еще в середине нулевых - добротное, но уже начавшее лосниться на локтях. В нашем районе Надежду Петровну знали многие: сорок лет в школе, учитель начальных классов, выучила половину нынешних таксистов и продавщиц. Женщина тихая, всегда сдержанная, из тех, кто извиняется, даже если на ногу наступили ей. Но сегодня её сдержанность напоминала треснувшую плотину...

Юля - клиентка непростая. Умная, сухая, работает финансовым аналитиком. Она из тех женщин, у которых в сумочке всегда порядок, а в голове - четкий план на пять лет вперед. Она никогда не жалуется. Но сегодня её телефон, лежащий на столике, разрывался от уведомлений. Экран вспыхивал каждые тридцать секунд: пропущенные от мамы, сообщения от тетки из Самары, проклятия в семейном чате. Она не выдержала, когда я начала ровнять затылок. - Ксюш, ты когда-нибудь чувствовала себя зверем? - спросила она, глядя на свое отражение...