Новый день

Звонок в дверь прозвучал в субботу ровно в восемь утра. Нетерпеливый, резкий, с тремя короткими нажатиями подряд. Так звонила только одна женщина на свете. Татьяна сняла фартук, пригладила волосы перед зеркалом в прихожей и открыла замок. На пороге стояла Альбина, младшая сестра ее мужа Сергея. В ярком плаще нараспашку, с объемной кожаной сумкой через плечо и с выражением лица ревизора, прибывшего на внеплановую проверку. — Доброе утро, Тань. Сережа дома? — Альбина даже не сделала паузы для приветствия, решительно шагнув через порог и вытесняя хозяйку спиной вглубь коридора...

Лидия Сергеевна стояла на лестничной клетке пятого этажа панельного дома и смотрела на облупившуюся коричневую краску на косяке. В подъезде пахло жареным луком и сырой штукатуркой. Лидия Сергеевна поправила шерстяной платок, натянула ручки дерматиновой сумки на запястье и еще раз нажала на кнопку звонка. За дверью раздались шаги — тяжелые, размеренные, в шлепанцах на босу ногу. Щелкнул внутренний замок. Створка приоткрылась ровно настолько, чтобы из темной прихожей показалось лицо Веры. — Чего надо, Лидия Сергеевна? — ровным, сухим голосом спросила бывшая невестка...

Арина бросила связку ключей на трюмо в прихожей так, что стекло жалобно звякнуло. В коридоре стоял стойкий запах пригоревшего лука и дешевого освежителя воздуха с ядреным ароматом сибирской пихты. Из глубины квартиры, шлепая стоптанными войлочными тапками, вышел Андрей. В руках он держал начатую пачку чая, а на лице блуждала виноватая, суетливая улыбка, которая раздражала Арину последние три года больше всего на свете. — Ариша, ты уже вернулась? А мы тут с мамой решили чаевничать. Вадим тоже подошел, сидит в зале, ждет...

Каждую пятницу ровно в шесть часов вечера в прихожей раздавался сухой щелчок входного замка. Для Валентины Андреевны этот звук давно стал сигналом к тому, что покой в доме отменяется. Свекровь не стучала, не звонила в звонок и никогда не спрашивала разрешения перешагнуть порог. У нее был свой комплект ключей, подаренный сыном еще в день свадьбы, и этим правом она пользовалась с размахом хозяина положения. — Артем, сынок, помоги пальто снять, с почты еле дошла, сапоги опять натерли! — разносился по коридору звучный голос Риммы Павловны...