Расшифровано

Весной 1960 года в некоторых районах Северного Казахстана посреди дня наступали сумерки. Ветер гнал над степью такую плотную пелену, что солнце превращалось в тусклое пятно. По воздуху летела не просто пыль. Это уходил верхний, самый плодородный слой полей, которые распахали всего несколько лет назад. Землю наметало сугробами у обочин, заборов и лесополос, а вместе с ней с полей исчезали молодые всходы. Так целина впервые предъявила счёт. Всё начиналось с большого энтузиазма. Инициатором стал Никита...

Немецкие солдаты быстро придумали этому оружию своё прозвище. Они звали его «сталинским органом», и дело было не только во внешнем виде. Длинные ряды направляющих напоминали органные трубы, а залп сопровождался протяжным воем, от которого многим становилось не по себе. Наши бойцы звали те же машины ласково, «катюшами». Чаще всего это прозвище связывают с довоенной песней Матвея Блантера на стихи Михаила Исаковского, хотя есть и версия про букву «К» на корпусах машин воронежского завода «Коминтерн»...

Летом 1829 года Пушкин ехал через Кавказ в действующую армию. У одной из переправ он встретил арбу, запряжённую двумя волами, и нескольких грузин при ней. Позже в «Путешествии в Арзрум» он записал этот короткий разговор. Пушкин спросил, откуда они едут, и услышал в ответ: «Из Тегерана». Тогда он спросил, что они везут. Грузины ответили одним словом, которое потом не забудет ни один читатель: «Грибоеда». Так Пушкин узнал, что в простом гробу на телеге лежит его знакомый, автор «Горя от ума», убитый в Персии за несколько месяцев до этой встречи...

23 февраля 1987 года, в День Советской армии, у станции Бабаево в Вологодской области остановился поезд. В служебном вагоне нашли тела восьми человек: семерых солдат наряда и проводника. Стрелял рядовой внутренних войск Артур Сакалаускас. На следствии он рассказывал о месяцах издевательств со стороны старослужащих, а экспертиза в итоге признала его невменяемым. В том же году журнал «Юность» опубликовал повесть Юрия Полякова «Сто дней до приказа», написанную ещё в 1980-м и семь лет пролежавшую в столе...

В 22:10 я выключила двигатель, но из машины не вышла. На стоянке под нашим домом горели два фонаря из пяти. Дворник днём сгрёб листья в кучу у бордюра, и теперь от неё тянуло сыростью, как из погреба. В нашем окне на девятом этаже мигал синим телевизор - Вадим досматривал футбол. Соня давно спала. Я набрала номер. Не из контактов - руками, по цифрам. Я его помню лучше, чем свой. Четыре гудка. Щелчок. Шорох плёнки. «Здравствуйте, вы позвонили Соколовым. Нас сейчас нет дома, оставьте, пожалуйста, сообщение после сигнала»...