Любви все возрасты покорны, Но органы, увы, не все… Зато в душе — огонь упорный, Что греет в стылой полутьме. Пусть что-то там скрипит и ноет, А память путает года, — Любовь и в семьдесят устроит, Хоть тихий вечер, хоть куда. Она не требует парадов, Ей хватит чашки чая вдруг, Улыбки, пары тёплых взглядов — И мир светлее станет вдруг. А если там коленка ноет, И спину тянет в три дуги, Любовь тихонько успокоит: «Побудь со мной. И не беги». Мы не пойдём на танцы лихо — Болит спина, и сил уж нет...
ОКО МИРОВ
ЩИТ МЕЖМИРЬЯ 31
Эльф, склонив голову в почтительном приветствии, произнёс несколько слов на мелодичном, будто сотканном из шёпота ветра языке, а затем, глядя нам прямо в глаза, заговорил о древнем пророчестве. Он уверял, что мы должны разглядеть незримые знаки, прочесть их между строк мироздания — и помочь его народу. Я невольно передёрнул плечами, и по спине пробежал холодок, не от холода, а от воспоминаний. Перед глазами до сих пор стояла та битва — яростный вихрь теней, скрежет клинков и ослепительные вспышки магии, когда мы стояли плечом к плечу, отстаивая хрупкое равновесие мира...
ЩИТ МЕЖМИРЬЯ 30
Я повернулся было уйти и посмотреть, как идут дела с размещением прибывших ребят, но услышал слова Эльридана. Он предлагал небольшую экскурсию в их мир. — Ну что, рискнём взглянуть на настоящую эльфийскую землю? Не во сне, не в видениях — а вживую, — улыбнулся он, чуть склонив голову, и в его глазах мелькнули отблески той самой древней магии, что, казалось, жила в нём с рождения. Мне, конечно, стало интересно — и я решил присоединиться. Видеть другие миры в снах — это одно, а вот посетить настоящий волшебный мир эльфов — совсем другое...
ЩИТ МЕЖМИРЬЯ 29
Когда дверь за Сергеем Сергеевичем закрылась, в комнате стало чуть тише, но не пусто. Наоборот — будто пространство, освободившись от его тяжёлой, взвешенной серьёзности, наполнилось новой энергией. Ребята переглядывались, обменивались короткими фразами, кто-то уже доставал блокнот, кто-то сверялся с заметками. Они больше не выглядели растерянными — теперь они были командой. А домовой, проводив Сергея Сергеевича взглядом, тихо сказал: — Старик знает, что делает. И знает, чего боится. Это хорошее сочетание для того, кто ведёт за собой...

