Грани тьмы

— Твой бизнес обречён на провал, Оля! — Серёга сидел за столом в моей кухне, уплетая пирог с капустой, и хохотал так, что крошки летели во все стороны. — Ты серьёзно думаешь, что в нашем городишке кто-то будет покупать твои свечи? Да у нас тут бабки на рынке спички за три рубля берут, а ты со своими «ароматическими»! Я стояла у плиты, помешивая чай в старом чайнике, и только плечами пожала. Серёга, мой сосед и бывший одноклассник, всегда был мастером по части подъёмов настроения. Особенно когда дело касалось моих идей...

— Твоя красота скоро увянет, и ты останешься одна, Лариса, — Дима стоял у кухонного стола, скрестив руки, и смотрел на меня с какой-то странной смесью злости и жалости. — Думаешь, вечно будешь такой, как сейчас? Годы идут, а ты всё в зеркало пялишься да ногти красишь. Кто тебя потом захочет? Я замерла с чашкой в руках. Чай ещё дымился, а я смотрела на мужа и не могла поверить, что он это сказал. За окном шёл мелкий дождь, стучал по подоконнику, и в комнате было тихо, только тикали часы на стене. — Ты это серьёзно, Дим? — спросила я, ставя чашку на стол...

Глава 1. Семейный совет — Ты вообще понимаешь, на что подписываешься? — тётя Люда стукнула ладонью по кухонному столу, заставив дребезжать чашки. — Бросить университет ради какой-то швейной мастерской? Да ты с ума сошла! Алина сидела, стиснув зубы, пока её родственники обсуждали её жизнь, как неисправный бытовой прибор. — Мамаша твоя на том свете переворачивается, — вздохнул дядя Витя, разливая по рюмкам водку. — Всю жизнь мечтала, чтобы дочь выучилась, а ты... — Я уже два года шью на заказ, — попыталась вставить слово Алина...

– Ты не сможешь этого добиться! – сказала мама, стоя у плиты и помешивая суп. Её голос был усталым, но твёрдым, как будто она не первый раз это повторяла. Маша сидела за кухонным столом, сжимая в руках тетрадь с набросками. Ей было семнадцать, и она только что рассказала маме о своей мечте – стать художницей. Не просто рисовать для себя, а выставляться, продавать картины, жить этим. – Почему? – спросила Маша, глядя на маму. Её светлые волосы падали на лицо, но она не убирала их – слишком злилась...

– Женщинам не место в бизнесе! – прогремел голос Олега Викторовича, перекрывая гул кондиционера в тесном кабинете. Он стоял у своего стола, уперев руки в бока, и смотрел на Свету с такой смесью раздражения и насмешки, что ей захотелось провалиться сквозь пол. Света сидела напротив, сжимая в руках папку с отчётом. Её тёмные волосы были аккуратно собраны в пучок, а костюм – хоть и недорогой – сидел идеально. Ей было двадцать семь, и она только три месяца назад устроилась в эту строительную фирму менеджером по продажам...

Глава 1. Разрыв — Ты серьёзно думаешь, что кто-то захочет связываться с матерью-одиночкой? — Кирилл развалился на диване, закинув ноги на стеклянный журнальный столик. Его взгляд скользнул по Анне, которая стояла в дверях с трёхмесячной Софией на руках. — Посмотри на себя. После родов ни фигуры, ни карьеры. Кому ты такая сдалась? Анна сжала губы, чувствуя, как в горле комом встаёт обида. София, словно чувствуя напряжение, зашевелилась в её объятиях. — Я не прошу тебя жениться, — тихо сказала она...

«Ты не родная — ты нам никто!» – выпалила свекровь, глядя на меня так, словно я вторглась на чужую территорию без разрешения. Я замерла в дверях кухни, прижимая к груди тарелку с нарезанными овощами. Мы только что ужинали – вся семья в сборе, но эти её слова прозвучали так, будто сшибают тебя с ног. Сын и муж свекрови быстро отвели глаза, а я не знала, как реагировать. «Не родная?» Конечно, я не росла в их семье, меня не воспитывали вместе с мужем… Но такое оскорбление я не ожидала услышать вслух...

— Увольняйся и сиди дома! — голос Сергея гремел через всю кухню, пока он резал колбасу для бутерброда. — Я один тут пашу, как проклятый, а ты в своей конторе за копейки горбатишься. Хватит уже, Наташ. Будешь хозяйкой, как нормальная жена. Наташа стояла у плиты, помешивая суп. Ложка в её руке дрогнула, и она медленно повернулась к мужу. Он сидел за столом, в мятой футболке, с таким видом, будто только что указ подписал. — Ты серьёзно, Серж? — она прищурилась, пытаясь понять, шутит он или нет. — Я на работе не просто так сижу...

«Ты не женщина – ты домохозяйка!» – заорал Артём так громко, что Эля от неожиданности отшатнулась от плиты, чуть не выронив шумовку. В воздухе витал аромат ужина – картофельного пюре и котлет, – но всё это потеряло значение, когда она услышала в его голосе столько презрения. Она осторожно повернулась к нему, убрала прядь волос с лба. «Что значит – я не женщина?» – уточнила тихо, в душе уже закипала обида. «А то, – с явной насмешкой повторил муж, стоя на пороге кухни с недовольным видом. – Смотри на себя: целыми днями торчишь дома, возишься с этими кастрюлями, моешь полы, стираешь...

— Ты же домохозяйка — сиди молча! – прикрикнул Лёха, швыряя вилку на стол так, что та звякнула о тарелку. Борщ в его миске плеснул через край, оставив красное пятно на скатерти. Я замерла с половником в руке, глядя на него. На кухне пахло мясом и укропом, дети шумели в комнате, а я пыталась понять, с чего он вдруг взъелся. — Лёх, ты о чём вообще? – спросила я, опуская половник обратно в кастрюлю. – Я просто сказала, что нам надо ремонт в ванной сделать. — Вот именно! – он рубанул воздух ладонью. – Ты вечно лезешь со своими идеями, а где деньги брать, не думаешь...

«Зачем тебе такое платье — ты его не заслужила!» – презрительно бросила Даша, когда я показала ей фотографию шикарного наряда, который собиралась купить на свою годовщину. Я замерла у прилавка бутика, пытаясь понять, не ослышалась ли. Ведь Даша, моя вроде бы лучшая подруга, обычно не была такой язвительной. А сейчас смотрела с таким презрением, будто я делаю что-то вопиющее. «Что значит — “не заслужила”?» – переспросила я, стараясь говорить ровно, хоть внутри поднималась обида. «А то, — пожала она плечами и посмотрела на меня через стекла солнцезащитных очков...

— Твои дети не мои внуки! – крикнула свекровь, хлопнув дверью так, что стекло в прихожей задрожало. Её голос эхом отлетел от стен, а я осталась стоять посреди комнаты с игрушкой в руках – пластиковым грузовичком, который Мишка только что бросил на пол. — Вера Петровна, вы серьёзно? – спросила я, чувствуя, как внутри всё закипает. – Это из-за чего теперь? Она обернулась, уже натягивая пальто, и ткнула пальцем в сторону кухни, где Лёшка с Мишкой шумно возились с ложками, стуча ими по столу. — Из-за этого! – рявкнула она...