Оля Бон

— Дача будет общая. Семейная, — сказала Валентина Павловна и придвинула ко мне телефон. — Я четыре миллиона даю, вы два. Зато потом и вам будет куда приезжать, и внукам останется. На экране был кирпичный дом в сорока километрах от города: два этажа, терраса, десять соток и старые яблони вдоль забора. Просили за него шесть миллионов, а продавцы, по словам свекрови, торопились и готовы были немного уступить, если выйти на сделку быстро. Два миллиона у меня были, но не семейные. Полгода назад я продала...

Когда Андрей сказал, что ее отец «как-нибудь сам разберется», Марина сначала решила, что муж просто неудачно пошутил. Она стояла у кухонного стола с телефоном в руке, а из прихожей доносился шорох: отец как раз надевал куртку после того, как завез дочери банку меда и какие-то инструменты. — Андрюш, папе завтра в районную больницу, а машина опять не заводится. Отвезешь его утром? У меня смена с семи, я никак не успею. Андрей посмотрел на часы и поморщился. Он только вернулся с работы, хотел поужинать и явно считал, что разговор о чужих проблемах можно было отложить до более подходящего момента...

Я не сразу заметила, что Антон перестал меня защищать. Наверное, потому, что произошло это не за один день: сначала он просто стал дольше молчать, потом начал отшучиваться, а через несколько месяцев уже смотрел на меня так, будто проблема действительно была во мне. Раньше все было иначе. Его мать могла за семейным столом сказать: «Машенька, ты мясо опять передержала», а Антон спокойно отвечал: «Мам, нормальное мясо, ешь». Лена, его старшая сестра, любила интересоваться, не слишком ли много я трачу на одежду, и тогда муж сразу ее обрывал...

— Мам, папе про кроссовки больше не писать? — сын стоял в прихожей и пытался сильнее затянуть шнурки. Пальцы уже почти упирались в носок, но он упрямо говорил, что еще можно ходить. — Не надо. В выходные сами посмотрим, — ответила мать и отвернулась к плите. Ей совсем не хотелось объяснять ребенку, почему обычная покупка снова превратилась в вопрос, который взрослые несколько дней перебрасывают друг другу. — Он опять занят? — спросил сын. Женщина помешала суп и только потом ответила: — Наверное. — Понятно, — сказал мальчик и ушел в комнату...