Близкие люди

— Забирай свои тряпки и съезжай. Сегодня. Лена замерла у порога с пакетами продуктов. Ключи выскользнули из пальцев и звякнули о кафель прихожей. Десять лет она открывала эту дверь, десять лет несла домой продукты после смены на почте, десять лет ждала, когда Андрей скажет что-то другое...

— Ты украл всё! — Игорь швырнул телефон на стол так, что тот подпрыгнул и едва не упал. — Пока я горбачусь на проходной, ты жируешь в своём особняке! Андрей медленно поднял глаза от документов. Кабинет...

— Вы что, серьёзно?! — голос Лены дрогнул, хотя она изо всех сил старалась держаться спокойно. — Мы вас месяц терпим, а вы ещё и обижаетесь? — Вот именно, что терпите! — тётя Галя выпрямилась во весь свой немалый рост, упирая руки в бока...

— Убирайся из моего дома. Немедленно. Марина стояла в дверях собственной кухни, опираясь на костыль. Три месяца в больнице после аварии, две операции на ноге, бесконечная боль — и вот она дома. Только дом больше не был её домом...

— Знаешь что, Лена? Ты эгоистка. Обычная неблагодарная эгоистка! Я замерла с тарелками в руках. До прихода гостей оставался час. Торт в холодильнике, салаты накрыты пленкой, квартира убрана до блеска. Тридцать пять лет — не круглая дата, но я хотела отметить скромно, с близкими...

— Ты шутишь? Скажи, что это больная шутка! Лена стояла посреди гостиной с телефоном в руке, глядя на мужа так, будто видела его впервые. Игорь отводил взгляд, теребя ремень на джинсах. — Лен, ну пойми правильно...

— Мама, я беременна. Я стояла у плиты, помешивала борщ, и на секунду мне показалось, что ослышалась. Обернулась — Катя сидела за столом, бледная, руки сжаты в кулаки. — Что ты сказала? — Я беременна. Три месяца...

— Ты что творишь?! — крик Дениса разорвал утреннюю тишину. — Куда ты, мать, собралась?! Нина стояла в прихожей с потрёпанной сумкой в руке. Пятьдесят восемь лет, седые волосы, дешёвая куртка. На пороге — её средний сын, красный от ярости...

— Где мой сын?! — Лена стояла в дверях собственной квартиры, сжимая в руках пакет с продуктами. — Где Мишка?! Свекровь Галина Петровна обернулась от плиты, где что-то жарилось с шипением, и улыбнулась той особенной улыбкой, от которой у Лены всегда холодело внутри...

— Значит, ты год смотрела мне в глаза и врала? Каждый божий день? Голос Андрея дрожал — не от крика, а от того страшного спокойствия, которое приходит после шока. Он стоял посреди их тесной кухни в хрущевке, сжимая в руке мятую распечатку из Росреестра...

— Знаешь что, Лена? Ты просто не способна верить в людей! — Андрей швырнул джойстик на диван и развернулся к жене. — Ты убиваешь во мне всё живое своим нытьём. Лена замерла в дверях с пакетами продуктов...

— Ты что, совсем офигела? Я платить не буду! — Лена швырнула телефон на диван, но он отскочил и упал на пол. Свекровь Галина Петровна на том конце провода не замолчала. Голос продолжал сочиться из динамика,...