Семейные истории с неожиданными поворотами | Анна Люмьер

Елена стояла у плиты и смотрела, как закипает суп. Крышка дрожала, бульон выплёскивался на плиту, но она будто не замечала. В гостиной гремел телевизор. И голос мужа. — Ты опять пересолила! Ты вообще пробуешь, что готовишь? — крикнул Сергей, даже не заходя на кухню. Елена выключила плиту. — Я ещё не солила… Он вошёл, демонстративно зачерпнул ложкой, попробовал и скривился. — Вот поэтому я и говорю — безрукая. Нормальная женщина чувствует вкус. А ты что чувствуешь? Она молчала. За двадцать два года брака она научилась молчать...

— От тебя пахнет больницей. И этой… старостью. Больше туда не ездий. Поняла? — Артём даже не разулся, когда сказал это. Марина стояла посреди прихожей с сумкой в руках. Она только вернулась от матери. У матери — инсульт. Лежачая. И да, в доме пахнет лекарствами. И да, там старость. Но не позором. — Я переоделась. И душ приняла, — тихо сказала она. — Запах въелся. В тебя въелся. Ты приезжаешь оттуда — и как будто вся квартира проваливается в эту… богадельню! Марина почувствовала, как что-то внутри холодеет...

Виктории исполнилось тридцать. Круглая дата. Красивая цифра. Успешная жизнь. Собственная квартира в новостройке. Руководящая должность в маркетинговом отделе. Командировки, премии, отпуск в Италии. И одна маленькая деталь, которую ей не давали забыть: Она была одна. — Вика, ты понимаешь, что тридцать — это уже не двадцать? — осторожно говорила мама, аккуратно расставляя чашки на кухне. — В твоем возрасте у тебя уже могла бы быть дочка во втором классе. — Мам, у меня есть проект на полмиллиона. Это тоже достижение...

— Я не могу на тебе жениться. Ты ведь именно этого ждёшь? Алиса не сразу поняла смысл слов. Они прозвучали слишком спокойно. Почти буднично. Как будто он сказал: «Я не буду кофе». — Что значит — не можешь? — её голос дрогнул, но она удержала лицо. — Я уже женат. Вот так. Без подготовки. Без намёков. Алисе было двадцать семь. Она давно жила в городе одна, работала менеджером в туристической фирме, платила ипотеку за однушку, которую когда-то помогла оформить мать. Свою жизнь она выстроила аккуратно, без скандалов и случайных связей...

— Сынок, я всё решила. Поживу у вас. И посмотрим, как твоя Алина запоёт, — спокойно произнесла Раиса Викторовна, поправляя воротник пальто. — Мам, ты серьёзно? — Даниил устало потер переносицу. — Мы только переехали. — Вот именно. Самое время понять, кто в этой квартире хозяйка. Она узнала о женитьбе сына последней. И не потому что он скрывал — просто не счёл нужным советоваться. Это и ранило больше всего. Её Данечка — золотой мальчик, красный диплом, перспективная работа в IT-компании, приглашения в международные проекты...