Не такой уж серьезный психолог

Слово «специально» я начала считать на третьей неделе. Сначала просто заметила, что он часто его говорит. Потом стала загибать пальцы. Потом завела в телефоне заметку. К концу второго месяца там было девятнадцать пунктов. Олегу пятьдесят, он начальник отдела продаж в автосалоне. Познакомились мы на свадьбе у общих знакомых в Новороссийске: он сидел рядом, подкладывал мне салат и рассказывал смешные истории про покупателей. Мне сорок шесть, работаю логистом в транспортной компании, в разводе девять лет...

Сообщение от дочери пришло в половине двенадцатого ночи. Мы только вернулись домой со знакомства с родителями её жениха. «Мам. Я тебя очень прошу. На свадьбе папа сидит отдельно от Сорокиных. Или пусть вообще молчит. Мне было так стыдно, что я в ванной ревела. Кирилл говорит, ничего такого, но я видела лицо его мамы». Я прочитала и посмотрела на мужа. Он снимал ботинки в прихожей и напевал. Он был очень доволен вечером. Мне пятьдесят, я методист в колледже в Чебоксарах. Анатолию пятьдесят три, он бригадир на электроаппаратном заводе...

— Здравствуйте. Мне бы… это. Руки в порядок. К пятнице. Он стоял в дверях кабинета, большой, в рабочей куртке, и держал руки за спиной, как школьник, который разбил окно. Записан был как «Михаил, мужской маникюр, 15:00». Таких клиентов у меня за двадцать лет было, наверное, десятка три. Обычно их приводят жёны. Этот пришёл сам. — Проходите, Михаил. Садитесь. Покажите. Он сел и положил руки на подушечку. Я на них посмотрела, и ещё до того, как он заговорил, знала про него половину. Пятьдесят один год, мастер маникюра в маленьком салоне в Новосибирске, на Красном проспекте...

— Алло, это жена Олега Николаевича? — Да. — Это Рустам, со стоянки на Зелёной. Он с вашего номера звонил на той неделе, у него телефон сел. Передайте ему, пожалуйста, что в пятницу ночью не надо выходить, я сам отдежурю. И ключи от шлагбаума пусть не забудет вернуть. Я стояла у плиты с половником и не понимала ни одного слова. — Какая стоянка? Мой муж работает на комбинате. Начальником участка в листопрокатном. — Не знаю, где он днём работает, — сказал Рустам. — А ночью он у нас сторож. Вторник, пятница...

Дача досталась мне от родителей. Шесть соток в садовом товариществе под Орлом, щитовой домик, который папа собирал своими руками в восемьдесят девятом, яблони, малина, баня. Каждый гвоздь там я знаю. Каждую доску на крыльце. Сорок восемь лет, старший кассир в банке. С Виталием мы живём полтора года, в моей двухкомнатной квартире. Ему пятьдесят два, работает водителем, возит продукты по магазинам. Хороший, спокойный, руки откуда надо. Это он перекрыл на даче крышу на бане, и я ему за это была очень благодарна...