Забытые в лесу

Кто из нас действительно знает, что такое потеря? Кто может сказать, где проходит та тонкая грань между любовью и ненавистью, когда они переплетаются так тесно, что становится невозможно дышать? И почему,...

Деревня Заозёрка стояла на семи ветрах. Три десятка домов, покосившихся заборов и историй, которые не рассказывали приезжим. Летом здесь пахло укропом и пылью, зимой — дымом и тоской. В самом конце улицы, у самого леса, жила Вера Павловна...

Деревня Осиновка спала под тяжёлым августовским небом. Где-то за лесом ворочался гром, но дождь так и не решался пролиться — только воздух стал густым, как парное молоко, и липким, как чужая беда. Анна Петровна вышла на крыльцо в четвертом часу утра...

Зинаида Павловна не плакала сорок лет. С тех самых пор, как похоронила мужа — тот на тракторе перевернулся, когда комбайн повели в ночь, а он не спал уже третьи сутки. На поминках соседки выли в голос,...

Знаете ли вы, как пахнет земля, когда она не хочет вас отпускать? Чувствовали ли вы когда-нибудь на языке привкус собственной трусости, смешанный с пыльцой майской яблони? И почему, скажите на милость,...

Деревня Ольховка спала на склоне холма, как старая больная кошка — вся в шрамах просевших заборов и стеклах, затянутых паутиной. Но дом Сергея и Варвары Пшеничных стоял особняком: крытый новым шифером,...

Деревня Заречье спала крепко, по-деревенски — до первых петухов. Но в доме на окраине, где покосившийся плетень давно просился в землю, огонь в печи погас ещё в полночь. А душа не погасла. Варвара сидела на крыльце, кутаясь в старую шаль, и смотрела в сторону дома Глеба...

Бабка Поля умерла в мае, когда яблони в её саду стояли белые от цвета, будто невеста в фате. Нашли её соседи: сидела на лавке у калитки, голова набок, а в руке — ещё не доплетённый венок из веток. Умерла, а люди шептались: «Слава богу, отмучилась»...

Осень в Заречье наступила внезапно, как приговор. Ещё вчера солнце золотило остатки листвы на берёзах, а сегодня низкое небо налилось свинцом, и мелкий косой дождь хлестал по покосившимся заборам, по железным крышам, по жёлтой траве у обочины...

В деревне Горюхино, что затерялась между лесом и изгибом реки Угры, тишина была особенной. Здесь не гудели тракторы ночью и не орали сигнализации. Здесь скрипел снег под ногами, а к апрелю превращался в грязное месиво, из которого пробивались первые острые стрелки травы...

Меня зовут Дима. Я — правнук того самого Димы, который встретил любовь под снегом. Для меня он просто прадед, но в нашей семье его история стала легендой. Мне двадцать лет. Я учусь в университете на филолога, играю в рок-группе и курю, хотя мама (та самая Маша, дочь Марфы) меня за это ругает...

Слушай, я тебе сейчас такое расскажу… Ты только сядь. Нет, правда, сядь, а то упадешь. Я в этой деревне тридцать лет живу, всякое видала, но чтобы такое… Ладно. Давай по порядку, только ты мне потом скажи — я сошла с ума или нет? Значит, Семен...