ЦЗБТ охрана труда

Разбираем на реальном примере, из-за чего работодатели «слетают» на проверке ГИТ — и кто на самом деле отвечает за нумерацию рабочих мест при спецоценке условий труда. Представьте картину. Работодатель достаёт отчёт по СОУТ пятилетней давности, рядом кладёт новое штатное расписание и штатную расстановку. В старом отчёте рабочее место № 12 — токарь. Токаря давно нет, участок закрыли. А в свежих внутренних документах уже написано: «рабочее место № 12 — бухгалтер». Вот здесь и начинается проблема, из-за которой к работодателю появляются вопросы у инспектора...

Один знакомый кадровик с автобазы под Барнаулом был уверен, что у него всё закрыто. Медосмотры водители проходят, справки в личных делах лежат, печати стоят. А приехала проверка - и выяснилось, что на психиатрическое освидетельствование людей не направляли ни разу. Логика была простая: «у них же есть медкомиссия, зачем ещё психиатр». Итог - протокол по ст. 5.27.1 КоАП и разговор с директором, который этому кадровику до сих пор икается. С 1 марта 2026 года правила психиатрического освидетельствования работников поменялись...

Звонок в апреле. Производственная площадка под Нижним Новгородом, эйчар говорит ровно — слишком ровно: «Пришла внеплановая после микротравмы. Инспектор вбил наш ИНН — а в реестре обученных у нас ноль человек. Хотя корочки у каждого в столе лежат». Я уже знаю, чем закончится. Часть 3 статьи 5.27.1 КоАП РФ — от 110 000 до 130 000 ₽ на юрлицо. И это только за обучение по охране труда. Без СОУТ, без инструктажей, без медосмотров. Если честно, эта история повторяется у меня в практике каждый месяц. И всегда — на одну и ту же грабель: люди до сих пор верят в «корочку»...

Многие компании до сих пор считают, что если работник получил травму, ушёл домой, а на месте всё быстро «замяли», то вопрос закрыт. В 2026 году это уже почти не работает. Если сотрудник обратился в травмпункт, открыл больничный и указал, что травма получена на работе, информация может быстро дойти до контролирующих органов. После этого ГИТ смотрит уже не только на сам случай, но и на всю систему охраны труда: обучение, медосмотры, СИЗ, СОУТ, оценку профессиональных рисков, журналы инструктажей и локальные акты...

Звонок в пятницу вечером. Клиент - директор небольшого производства в Екатеринбурге. Голос спокойный, но по паузам слышно: человек в панике. «У нас несчастный случай. Рабочий сорвался. Тяжёлая травма. Следователь уже приехал». Первый вопрос, который я задаю: «Приказы о назначении ответственных есть? Журналы инструктажей заполнены? Протоколы проверки знаний?» Молчание. Вот тут и начинается самое интересное - не для следователя, а для нас, людей, которые должны были это предотвратить. Об уголовной ответственности за нарушения охраны труда говорят много: пугают цифрами, цитируют статьи...