Irene Butsch

Она сказала ему уходить в субботу после обеда. Без скандала — спокойно, как говорят что-то решённое. Виктор собрал вещи — немного, одну сумку — и ушёл. Не хлопнул дверью. Просто вышел. Через семь дней Нина Аркадьевна Соловьёва стояла у чужой двери и просила его вернуться. Это не был красивый финал истории. Это было начало её понимания того, что она сделала. Меня зовут Виктор Соловьёв. Мне сорок шесть лет. Я расскажу эту историю сам — потому что только я знаю её целиком. Нина знает свою часть. Её подруги — другую...

# Считался погибшим Олег Ларин исчез в четверг. Не сбежал — именно исчез. Ушёл утром, сказал, что едет на базу, и не вернулся. Телефон молчал. На базе сказали, что он не появлялся. Машина нашлась через три дня на парковке у леса, в тридцати километрах от города...

# Раньше срока Майор Денис Краснов вернулся из командировки на четыре дня раньше срока. Борт перебросили внезапно — поменялось задание, группу отозвали, перекинули другим маршрутом. Он не предупреждал Юлю — хотел сделать сюрприз. Последний раз он так делал пять лет назад, когда только вернулся из первой длинной командировки. Тогда она открыла дверь, увидела его и заплакала прямо в прихожей. Он помнил это хорошо. Доехал на такси — поздно, около одиннадцати вечера. В окнах был свет. Он поднялся, достал ключи, открыл тихо — старая привычка, не шуметь при входе...

# Настоящий враг Генерал-майор Виктор Андреевич Соколов вернулся домой раньше времени в четверг вечером. Заседание коллегии закончилось неожиданно быстро — один из докладчиков заболел, повестку сократили. Он отпустил водителя, взял такси, решил пройти последние два квартала пешком. Октябрь был сухим, прохладным, и он любил ходить — это редкая возможность в его должности. Дома было темно в прихожей, но из кабинета доносился свет и голоса. Он узнал голос жены — Ларисы. Второй голос был мужским, незнакомым...

# Двойная жизнь Роман понял, что не знает своей жены, в самый обычный день — в среду, в начале ноября, когда просто забыл дома телефон. Он уже доехал до работы, когда вспомнил. Вернулся — Полина должна была быть дома, она работала удалённо, по средам у неё не было созвонов до обеда. Он поднялся на лифте, открыл дверь своим ключом. В квартире никого не было. Он взял телефон, огляделся. Всё как обычно — чашка у раковины, ноутбук на столе, туфли у двери. Только Полины нет. Он написал: «Я заезжал за телефоном, тебя не было...

# Встреча с конкурентом Игорь Платонов узнал о тайных встречах жены случайно — как узнают о большинстве неудобных вещей: не искал, просто оказался не там и не тогда. Был обычный вторник. Он ехал на деловой...

Максим знал три месяца. Ровно три месяца он знал — и молчал. Приходил домой, ужинал, разговаривал, ложился спать рядом. Утром вставал, шёл на работу. Всё как обычно. Двенадцать лет в спецназе учат многому. Терпению — в том числе. Умению ждать нужного момента, не обозначая себя раньше времени. Умению действовать, когда действие имеет смысл, а не когда боль требует немедленной реакции. Боль требовала. Он не реагировал. Потому что у него была цель. Одна, конкретная, важнее боли. Меня зовут Артём...

# Возвращение Виктор вернулся домой на три дня раньше срока. Командировка в Сирию затянулась на восемь месяцев — контракт, потом ещё один, потом ещё. Он звонил домой раз в неделю, иногда реже — связь была нестабильной. Лена отвечала, рассказывала про быт, про работу, про то, что у соседей наконец-то сделали ремонт. Он слушал и думал: домой. Скоро домой. Когда сказали, что можно выехать раньше — не стал предупреждать. Хотел сделать сюрприз. Лена любила сюрпризы — он помнил, как она смеялась, когда он однажды приехал посреди ночи и позвонил в дверь с охапкой цветов...

# Неделя Сергей Краснов узнал об измене в воскресенье вечером. Не случайно, не из чужих уст — жена сказала сама. Вернулась домой около девяти, поставила сумку у двери, прошла в гостиную. Он сидел с книгой, поднял голову. Она стояла посреди комнаты с таким лицом, что он сразу отложил книгу. — Мне нужно тебе сказать кое-что, — произнесла она. Она говорила минут пятнадцать. Он слушал молча. Не перебивал, не вставал, не менялся в лице — по крайней мере, снаружи. Внутри было что-то, чему он не мог подобрать слова, — не злость, не боль, что-то без названия, тяжёлое и холодное...

# Ловушка Роман Ларин женился на Кристине, когда ему было сорок три, ей — двадцать восемь. Он понимал, что разница большая. Понимал, что окружающие думают — молодая жена за деньгами. Он и сам поначалу был осторожен — присматривался, не торопился. Но Кристина казалась другой. Умная, живая, с настоящим интересом к его бизнесу — он владел сетью складских комплексов в трёх регионах. Она спрашивала, вникала, предлагала идеи. Он думал: вот редкость — человек рядом, которому интересно то, чем ты живёшь...

Он всегда возвращался тихо. Двенадцать лет в спецназе — это привычка. Входить в помещение так, чтобы тебя не слышали. Двигаться без шума. Оценивать обстановку прежде чем обозначить своё присутствие. Дмитрий Соколов — сорок четыре года, бывший офицер, сейчас совладелец охранной компании — вошёл в собственный дом в среду в три часа дня. Раньше срока: встреча в Питере перенеслась, он сел на первый поезд обратно. Жене не позвонил. Сюрприз. Тихо разулся в прихожей. Услышал голоса. Стал слушать — профессиональный рефлекс...

Он сказал это в понедельник вечером. Я стояла в прихожей с сумкой — только пришла с работы, ещё не сняла пальто — и говорила ему, что надо оплатить коммуналку, что уже задержали на две недели. — Денег мало? Иди работай! — он не поднял взгляд от телефона. — Я что ли один должен следить за всем. Я работала. Я работала полный день бухгалтером, потом забирала детей из школы, потом готовила ужин, потом проверяла уроки, потом убирала, потом засыпала в двенадцать и вставала в шесть. Я не ответила. Сняла пальто...