Империя Османов

Барыш паша сидел в кабинете своего дома, куда уехал после того, как подал в отставку. Мужчина помнил тот день, когда пришел к Султану Озан и, склонив перед ним голову, сообщил о своем намерение уйти со службы, придумав нелепую причину о том, почему принял такое решение, скрыв истину. Он не мог открыто сказать Падишаху о своих чувствах к той, чье имя всегда произносил с благоговейным трепетом, при этом соблюдая правила приличия, ведь речь шла не о простой женщине, а матери Султана, Повелительнице Империи...

Дорогие мои, всем доброго времени суток. Я решила спросить Ваше мнение. Лале Султан после похода Султана должна была выйти замуж за Великого Визиря. Но я благополучно забыла об этом (замоталась и у меня этот момент вылетел из головы) Я вот, что подумала...

Эмине Кадын укачивала дочь, сидя на диване у окна. Но мысли главной фаворитки были далеко от реальности. Она думала о том, что теперь у Султана появилась другая женщина, которая вероятнее всего в будущем подарит Падишаху наследника, в то время как сама Эмине гречанка останется лишь матерью дочери. Тенью рядом с любимым мужчиной. Несомненно, Эмине любила дочь всем сердцем. За нее и за Шехзаде Адама она, как и любая мать отдаст свою жизнь. Но если бы у нее родился сын – это дало бы ей возможность показать высокомерной сестре Падишаха, Айлин Султан, свою силу...

Прошло две недели. Во дворце Топкапы жизнь шла своим чередом. Айлин Султан, облаченная в платье цвета индиго, сидела на тахте и пила малиновый щербет. — Госпожа моя – начала Арзу Хатун — Чем Вы сегодня желаете заняться? — Я буду думать, как огородить нашего Повелителя от этой гадины Эмине, которая не сумела подарить моему брату и всей Династии наследника, а родила никчемную девчонку – сквозь зубы проговорила старшая дочь Азизе Султан Арзу Хатун опустила глаза, боясь нарушить тяжёлую тишину, повисшую в покоях...

Айлин Султан нервно расхаживала по комнате, потирая виски. Она ждала, когда служанка придет и сообщит ей радостную весть. Старшая дочь Азизе Султан надеялась, что ненавистная ею возлюбленная Султана, Эмине родила этой ночью не наследника. — Всевышний, прошу тебя, сделай так, чтобы у этой женщины родилась дочь! – молилась она Дверь отворилась, и в покои ворвалась служанка, заставив свою Госпожу обернуться — Говори! Не томи! Кого родила эта дрянь? Хатун перевела дыхание и радостно сообщила — У Эмине...

Первые лучи рассвета, пробивающиеся сквозь тонкие шелковые занавеси, несли с собой не только новый день, но и незримое, но ощутимое пробуждение всего дворца. Озан открыл глаза, почувствовав, как первые солнечные лучи скользнули по его лицу, проникая сквозь полупрозрачные шелковые шторы. Тихо, стараясь не потревожить спящую жену, он повернул голову и посмотрел на Эмине. Его взгляд остановился на её лице, таком спокойном и умиротворённом во сне. Густые тёмные ресницы легкими полукружьями лежали на...

Падишах, возвращаясь с заседания Дивана, столкнулся с Метином пашой. Мужчина поклонился Султану и, не поднимая головы, произнес: — Повелитель, мы могли бы поговорить? — Пойдем, Метин паша – спокойно сказал Падишах Когда они вошли в покои, Халиф сел за стол и выжидающе посмотрел на зятя. — Повелитель, пару дней назад ко мне приходила моя супруга, Айлин Султан. Госпожа получила письмо от Вашей бывшей фаворитки, Нилюфер Султан с просьбой помочь ей вернуться во дворец – осторожно произнес паша —...

Старый дворец Нюлифер Султан сидела в покоях. Бывшая возлюбленная Султана Озана уже почти год жила в изгнании. Султанша не могла поверить, что мужчина, которого она любит всем сердцем, мог так поступить с ней, променяв ее на другую женщину. Но больше всего ее душа болела из-за разлуки с сыном. Шехзаде Адам был ее единственной надеждой на будущее. Единственной опорой и смыслом жизни. Фериде Хатун тихонько постучала в дубовые двери, а после одобрения вошла, склонившись в глубоком поклоне. Госпожа,...

Шесть месяцев. Шесть долгих месяцев, наполненных лязгом стали, криками битвы и запахом крови. Шесть месяцев, которые превратили юного, еще не закаленного в боях султана в опытного воина, чьи глаза теперь видели не только блеск золота, но и тень смерти. Шесть месяцев, которые привели его, Озана, с армией, закаленной в огне победы, обратно к стенам родного города. Солнце, еще не поднявшееся высоко, окрашивало небо в нежные оттенки розового и золотого, когда первые дозорные на башнях города заметили приближающийся флаг...

Султан Озан сидел в шатре военного лагеря. Воздух был густым и пропитанным запахом кожи, дыма от костров и легкой, но настойчивой ноткой пота. Снаружи доносился приглушенный гул: топот копыт, звон металла, приглушенные голоса солдат, готовящихся к рассвету. Но внутри шатра царила относительная тишина, нарушаемая лишь шелестом пергамента под пальцами султана и его собственным дыханием. Озан был молод, но его лицо уже носило следы забот и решимости. Темные, густые брови были слегка нахмурены, а взгляд пронзительных карих глаз скользил по карте, разложенной на низком столике...

Эмине Хатун гуляла по дворцовому саду. Девушка пыталась найти покой в уединении с природой. На улице была зима. Первый снег крупными хлопьями ложился на землю, превращая еще вчерашний сад, усыпанный осенними листьями, в сказочное царство. Эмине остановилась возле замерзшего фонтана, на котором уже образовалась тонкая ледяная корка. Она провела рукой по холодному камню, чувствуя, как мороз пробирает до костей, но не отдернула руку. Ей нравилось это ощущение – словно сама зима касалась ее. Душа её...

Неделя пролетела, словно один день. Сегодняшний день был особенным. Султан Озан отправляется в свой первый поход. Мужчина стоял перед зеркалом, пока слуги помогали ему одеться. — Повелитель - послышался голос Великого Визиря — Пусть этот поход принесет нам и нашей Империи победу. А врагам нашим - смерть - произнес Кайрат паша — Аминь! - ответил Султан — После того как мы вернемся домой, ты женишься, друг мой - сообщил Халиф Великий Визирь опешил. Неужели Падишах нашел ему спутницу жизни, с которой...