Анна Тимирёва "Обо всем..."

Второй этап этого «мероприятия» заключался в том, что врач прокалывала плодный пузырь, выпуская воду в которой живет ребенок и через большой шприц с трубкой заливает в полость матки солевой раствор. Эта процедура для меня была практически безболезненна. Мне сказали, что лучше день лежать. Когда я вставала, теплая жидкость тоненькой струей медленно стекала по ногам. Это были остатки околоплодных вод, смешанных с солевой дрянью. Которая медленно и мучительно забирала жизнь моего не родившегося ребенка. Конечно, я не знала этого, никто ведь не объяснил, что будет происходить. На фоне моего относительного благополучия он страдал, страдал очень сильно и долго...

И снова меня куда-то перекладывают. Девочка-студентка чем-то мокрым и холодным обтирает мое тело ниже пояса от липучей крови. Суета вокруг не прекращается. Я хочу только одного…Уснуть…Надолго…Чтобы проснуться живой, здоровой, красивой и никогда не вспоминать эту больничку и все, что происходило со мной и с другими за этими стенами. Что-то очень больное происходит внизу живота. Я не могу кричать, только рот открывается как у рыбки, выброшенной на берег. Не хватает воздуха. Кто-то совсем рядом шепчет «Потерпи, сейчас тебя уколят и ты уснешь». Наверное так и было. Проснулась я уже в палате, правда в другой, без «подруг»...

Вокруг меня началась какая-то возня, одна медсестра брала кровь из вены, намертво перетянув резиновым жгутом мою худющую руку, вторая с металлическим лязгом что-то больно делала между ног. Появился еще врач, крупный мужчина с седыми волосами, послушал дыхание, долго считал пульс. «Температура?» спросил он у медсестры, «40.1» отчеканила она. «Гемоглобин 64, группа крови вторая, положительная» сказал еще кто-то появившийся в дверях. Врач-мужчина исподлобья сурово посмотрел на врача, любительницу кофе. Они отошли к столу с пачками журналов и коробочек с бумагами, быстро перебирая пальцами всю эту макулатуру...

Часть 4 Мой возлюбленный, моя мама, они уходили, уходили, ни разу не обернувшись. Я колебалась. Медсестра громко звала в палату. «Не оставляйте меня здесь, пожалуйста, заберите меня домой» шептала я, ревела, не просто ревела, выла. Медсестра нетерпеливо дернула меня за руку «Хватит уже, раньше надо было думать» с совершенным равнодушием сказала она. Так я шла до палаты, в соплях и воплях. Палата не большая, пять девчонок, в основном все юные, двоим лет под 30, я шестая. Медсестра указала мне на пустую кровать. Кровати или койки были сдвинуты по две. Ближайшей соседкой оказалась Олеся. Девчонки любопытно разглядывали меня...