Дмитрий А. / Митин

Но не будем больше окрылёнными, хватит, можно отлететь друг от друга, я буду смотреть невнимательно, как ты кувыркаешься, а что со мной случится, даже не скажу никому. Ты знаешь… Я знаю – я ничего не смогу скрыть, ты ничто не скроешь, а мне не хочется. Так со всеми бывает, когда смотрят друг другу в глаза? Я, бывает, не смотрю в глаза, чтоб можно было рассмотреть меня со всеми недостатками, а какая разница, если я ничего не скрою, а ты не соврёшь. У тебя крупноват нос, но это не мешает целоваться, потому что, когда целуешься путаешь носы – где мой, где твой, чувствуешь, как можно пошевелить твоей рукой, твой живот перетекает в мой, интересно – куда перетекает мой, неужели они меняются местами?.. ты же не говоришь, просто радуешься, что в моей фигуре тебе будет так же удобно, как в своей, если сейчас заговорят по-французски, я пойму – ты знаешь лучше французский, а я всё забываю, но если ты рядом – пойму всё. Да, было бы интересно пойти прогуляться так вместе, где-то уже было написано – Курт Воннегут? – пойти, выбрать себе тело для прогулки – я бы выбрал твоё… а ты с чем?.. Быть окрылёнными нам уже никак, можно отлететь друг от друга, а уже повыпендривались, мы уже летали по отдельности, а вместе не надо.

Про автора, которому не доверяешь. Меня не трогает Его нагая пустота, Он автор книг, Он пишет произвольно. Я так внимал, И сравнивал слова, И смешивал весь смысл, Глядя в глаза безвольно. Как хороши слова, И в пустоту роятся, Пытаясь прожужжать Над ухом в голове, И в голове пустой Лишь могут задержаться, А автор уверял, Что это не для всех. Как правильны слова, Как лёд эмоций тонок, Его пробьёт одна Стареющая мысль. И слушатель такой – Он вовсе не ребёнок, Он автора взрослей, И старше лишь на жизнь.