Прикосновение к прекрасному

НИКОЛАЙ ГУМИЛЕВ (1886-1921) Русский поэт Серебряного века, создатель школы акмеизма, прозаик, драматург, переводчик и литературный критик, путешественник, африканист.  Первый муж поэтессы Анны Ахматовой,  отец историка Льва Гумилёва. *** Лишь чёрный бархат, на котором Забыт сияющий алмаз, Сумею я сравнить со взором Её почти поющих глаз. *** Я БОЛЬШЕ ЕЕ НЕ ЛЮБЛЮ... Когда, изнемогши от муки, Я больше ее не люблю, Какие-то бледные руки Ложатся на душу мою. И чьи-то печальные очи Зовут меня тихо назад, Во мраке остынувшей ночи Нездешней мольбою горят...

Составители: Э. Чернухин и М. Ксешинская Редакторы: Э. Чернухин и М. Ксешинская Макет Э. Чернухин *** ВСТУПИТЕЛЬНОЕ СЛОВО Начало XX века в России – время бурных перемен, тревожных предчувствий и небывалого расцвета поэзии. Серебряный век подарил нам целую плеяду гениальных поэтов, для которых любовь стала не только личной темой, но и творческим импульсом, источником вдохновения и философских размышлений. Откройте эту книгу – и вы услышите шёпот признаний, почувствуете трепет встреч, горечь расставаний и радость обретений...

О СУЕТЕ Жизнь пуста, если в ней лишь одна суета. Ни к чему суетиться в мои-то лета. Тихо, мирно сижу у малины куста, Сам не пуст, да и чаша моя не пуста. Если ты одинок, стал ненужным и лишним, Не ропщи на судьбу, одинокий не нищий, А садись, как и я, да простит нас Всевышний, С пиалой и кувшином на травке под вишней. Нас к греху призывает шайтан неспроста: Пей, гуляй, наслаждайся, мол, жизнь суета! И пока, наслаждаясь, мы так суетимся, Суеты этой в нас от рогов до хвоста. То колючкой сухой...

Я, что губка водой, знойным духом восточным пропитан, Им пронизан, пробит, будто острым тяжелым копьем; Я Востоком пленен, я Востоком взращен и воспитан, И навек закален его жарким священным огнем. АЗЪ и Я Под негасимым солнца оком В златых лучах я рос, сияя. Я славянин и сын Востока, Я азиат и россиянин. Взращенный духом междуречья – Долины духом с духом горным, Весь соткан из противоречий, Во мне цвет белый бьется с черным. В кувшин мой тайною рукою Налит бальзам и яд от кобры. Подобен я волне прибоя, То лют и зол, то очень добрый...

НЕ ПРИМУ БЕЗВЕТРЕННУЮ ЖИЗНЬ... Я не приму безветренную жизнь, Довольную застоем и рутиной, Когда души цветные витражи Затянуты противной паутиной. Мне жаль ее, идущую в компост, Где рвотный дух – сырой, туберкулезный, А мне из пут заезженных борозд Хотя б на миг взлететь к далеким звездам. Туда – в поток струящихся флюид, Где нет измен и где тебя не бросят; Где встретишь свет божественной любви, В котором нет ни зависти, ни злости. Где нет обиды, горя и нужды; Где ненависть с жестокостью в загоне; Где нет вражды и войны не нужны И где не нужно дань платить Мамоне...