Прикосновение к прекрасному

Эдуард Чернухин – член Российского союза писателей, член Международного союза писателей и мастеров искусств. Автор более двадцати сборников стихов. Маршруты жизненного пути: Узбекистан – Таджикистан – Россия – США – Россия. *** Серый вечер мрачнел, обещая ночную прохладу. Нежно плечи твои обнимал кашемировый плед. «Каберне Совиньон» легким бархатом южного сада На губах оставляло дразнящий рябиновый след... *** ПРИ СВЕЧАХ В УЮТНОМ ДОМЕ... При свечах в уютном доме, В старой комнате с гардинами, Вопреки шальной погоде Льется музыка каминная...

Эдуард Чернухин – член Российского союза писателей, член Международного союза писателей и мастеров искусств. Автор более двадцати сборников стихов. Маршруты жизненного пути: Узбекистан – Таджикистан – Россия – США – Россия. *** Всем существом влюбленного поэта, Не разгадав схожденья наших звёзд, Я всё ищу, потерянную где-то, Тебя в тумане призраков и грёз. *** ПОД АПЕРОЛЬ И ЛОМТИК АПЕЛЬСИНА... Огонь волос – змеиное веселье, Победный клич, восторженный триумф. Туманит взор, с пути сбивая ум, Зелёных глаз ликующее зелье...

Эдуард Чернухин Литературный псевдоним – Эдвин Блэк *** Эдуард Чернухин – член Российского союза писателей, член Международного союза писателей и мастеров искусств. Автор более двадцати сборников стихов. Маршруты жизненного пути:Узбекистан – Таджикистан – Россия – США – Россия. *** Шарада (фр. Charade  – букв. «беседа, болтовня») – разновидность загадки. Шарада представляет собой разбиение слова на слоги или другие части, формально не являющиеся слогами, таким образом, что каждый «слог» имеет смысл самостоятельного слова...

М-шарады Араб, бербер (еще Отелло) С союзом-гласной в тишине Прочел японский стих умело Своей землячке – не жене.                 (рвам-и-акнат) Раз чародей (или волшебник), Летел (суф-куф!) в мучений место На самолете. Ну кудесник! В какой же город, интересно?                 (гаМ-да-нА) Чародей, союз «противный» И жена Иакова Поразят красою дивной И тебя, и всякого. Я уверен, знаешь ты Эти милые цветы.                 (гам-он-яиЛ) а) Месяц с предлогом (приставкой, частицей) – Трещина (прорубь), команда и птица...

НИКОЛАЙ ГУМИЛЕВ (1886-1921) Русский поэт Серебряного века, создатель школы акмеизма, прозаик, драматург, переводчик и литературный критик, путешественник, африканист.  Первый муж поэтессы Анны Ахматовой,  отец историка Льва Гумилёва. *** Лишь чёрный бархат, на котором Забыт сияющий алмаз, Сумею я сравнить со взором Её почти поющих глаз. *** Я БОЛЬШЕ ЕЕ НЕ ЛЮБЛЮ... Когда, изнемогши от муки, Я больше ее не люблю, Какие-то бледные руки Ложатся на душу мою. И чьи-то печальные очи Зовут меня тихо назад, Во мраке остынувшей ночи Нездешней мольбою горят...

Составители: Э. Чернухин и М. Ксешинская Редакторы: Э. Чернухин и М. Ксешинская Макет Э. Чернухин *** ВСТУПИТЕЛЬНОЕ СЛОВО Начало XX века в России – время бурных перемен, тревожных предчувствий и небывалого расцвета поэзии. Серебряный век подарил нам целую плеяду гениальных поэтов, для которых любовь стала не только личной темой, но и творческим импульсом, источником вдохновения и философских размышлений. Откройте эту книгу – и вы услышите шёпот признаний, почувствуете трепет встреч, горечь расставаний и радость обретений...

О СУЕТЕ Жизнь пуста, если в ней лишь одна суета. Ни к чему суетиться в мои-то лета. Тихо, мирно сижу у малины куста, Сам не пуст, да и чаша моя не пуста. Если ты одинок, стал ненужным и лишним, Не ропщи на судьбу, одинокий не нищий, А садись, как и я, да простит нас Всевышний, С пиалой и кувшином на травке под вишней. Нас к греху призывает шайтан неспроста: Пей, гуляй, наслаждайся, мол, жизнь суета! И пока, наслаждаясь, мы так суетимся, Суеты этой в нас от рогов до хвоста. То колючкой сухой...

Я, что губка водой, знойным духом восточным пропитан, Им пронизан, пробит, будто острым тяжелым копьем; Я Востоком пленен, я Востоком взращен и воспитан, И навек закален его жарким священным огнем. АЗЪ и Я Под негасимым солнца оком В златых лучах я рос, сияя. Я славянин и сын Востока, Я азиат и россиянин. Взращенный духом междуречья – Долины духом с духом горным, Весь соткан из противоречий, Во мне цвет белый бьется с черным. В кувшин мой тайною рукою Налит бальзам и яд от кобры. Подобен я волне прибоя, То лют и зол, то очень добрый...

НЕ ПРИМУ БЕЗВЕТРЕННУЮ ЖИЗНЬ... Я не приму безветренную жизнь, Довольную застоем и рутиной, Когда души цветные витражи Затянуты противной паутиной. Мне жаль ее, идущую в компост, Где рвотный дух – сырой, туберкулезный, А мне из пут заезженных борозд Хотя б на миг взлететь к далеким звездам. Туда – в поток струящихся флюид, Где нет измен и где тебя не бросят; Где встретишь свет божественной любви, В котором нет ни зависти, ни злости. Где нет обиды, горя и нужды; Где ненависть с жестокостью в загоне; Где нет вражды и войны не нужны И где не нужно дань платить Мамоне...

Что жизнь? Короче выстрела, Тонка, что пены кружево. Моя – грехами выстлана И ими перегружена. Но... все ж иду, расхристанный, Тропой навстречу истине.. ...................................................................... УВЫ, ВО МНЕ НЕ ВСТРЕТИТЕ... Увы, во мне не встретите Былой сентиментальности, А прежних чувств соцветия Лишились вовсе радости. Где раньше – междометия, Теперь потерь отметины. Уж всё одно: что холодно, Что знойно –  всё не трогает, А что не перемолото, Исхожено дорогами. Кимвал, звучащий смолоду, Укрыт молчанья золотом...

Скорей бы что ль явилось чудо, Хоть камней груда, но с небес; Совсем тоскливо без чудес, Оно бы нам того – не худо… Тут ниоткуда: – А вот и мы! Встречайте! – Yes! УДЕЛ С детства, в профиль и анфас, Вредный и немодный, Не приемлю «фу!» и «фас!» И от масс свободный. Греют трели соловья И ручья журчанье, Ненавистны визги «Я» Или «МЫ» мычанье. «Бог не даст – свинья не съест», Истины – от Выси. Слово можно – под арест, Невозможно – мысли. По строке бежит перо... В чью копилку лепта? Одиночества тавро – Тяжкий крест поэта...

В данном сборнике стихов автор делится с читателем своими воспоминаниями о 20-летнем пребывании в «столице мира» городе Нью-Йорке. В легкой иронической манере и с искрометным юмором описаны многие из знаковых мест города и события, которые происходили с автором в то, незабываемое для него, время. – За эмигрантов! – пью до дна я... – Что говорите? Вот ю сэй? Гуляй, страна, кому – родная, Кому – чужбина – ЮЭСЭЙ. БРАЙТОН С неба – влагою весенней... Что, опять идут дожди? – Я на Брайтон в воскресенье...