Дневник Елены Смирновой

В архивах Лос-Анджелеса есть странная закономерность: чем громче становится легенда, тем меньше остаётся документов. Это особенно заметно, когда начинаешь разбирать историю Пег Энтуисл – девушки, которую Голливуд спустя десятилетия превратил в романтический символ собственного ада. История известна даже тем, кто никогда не интересовался старым кино: молодая актриса, не выдержавшая крушения карьеры, поднимается ночью на гигантскую букву H знака Hollywoodland и прыгает вниз. Дальше начинаются привычные...

К моменту, когда обломки DC-6 обнаружили в нескольких километрах от аэродрома Ндолы, в городе уже начали говорить не о катастрофе, а о последствиях. Это вообще характерная черта больших политических историй второй половины XX века: люди, действительно понимающие масштаб происходящего, почти никогда не обсуждают само событие. Они сразу обсуждают, кому оно выгодно, какие контракты теперь останутся в силе, какие фамилии исчезнут из газетных колонок и кто в ближайшие недели будет делать вид, будто ничего экстраординарного не произошло...

Калифорнийская ночь в июне 1959 года была тяжелой и липкой, как почти все ночи в Лос-Анджелесе, где даже воздух кажется пропитанным чужими деньгами, сигаретным дымом и плохо скрываемой тревогой. В доме на Benedict Canyon Drive еще горел свет, на кухне стояли недопитые бокалы, а в гостиной продолжали спорить люди, которые через несколько часов начнут путаться в показаниях, будто заранее понимая: каждое неосторожное слово может оказаться опаснее самого выстрела. Когда полиция поднялась на второй этаж, тело Джорджа Ривза уже лежало на кровати...

В июле 1984 года в палате клиники Cedars-Sinai стоял тот особый запах дорогой американской смерти – смесь антисептика, виски, старых сигарет и выдохшейся роскоши. На тумбочке лежали таблетки, рядом – полупустой стакан с тающим льдом. В коридоре дежурила медсестра, которая позже скажет журналистам, что пациент до последнего пытался шутить. Это вообще был его главный талант – превращать катастрофу в светскую беседу. Когда умер Питер Лоуфорд, Голливуд сделал вид, будто прощается с обаятельным алкоголиком, стареющим плейбоем и второстепенной звездой эпохи Кеннеди...

Взрыв был такой силы, что окна в домах на Orange Grove Avenue дрожали еще несколько секунд после ударной волны. Жители Пасадены потом рассказывали полиции, что сначала услышали хлопок, похожий на выстрел из корабельной пушки, а уже потом – звон стекла и вой сирен. В лаборатории компании Parsons Chemical Manufacturing от Джека Парсонса почти ничего не осталось. Только обугленный бетон, куски металлических труб и странный сладковатый запах химии, который въедается в кожу так же, как сигаретный дым въедается в тяжелые бархатные шторы дешевых мотелей Лос-Анджелеса...