Меч, перо и чернила

Было темно и холодно. Морозный воздух проник сквозь неплотно закрытую дверь, и ловким вором украл тепло, что Хранитель так тщательно собирал по крупицам. Худой и мрачный, Хранитель пробурчал что-то нелицеприятное в адрес сквозняков и ветров, и поплотнее закрыл дверь. В поленнице осталось совсем немного дров. Вздохнув, мужчина снял с крючка теплую шерстяную куртку, взял со стола варежки из овечьей шерсти и вышел за дверь. Спустя некоторое время, чертыхаясь и бормоча, Хранитель вернулся с охапкой дров и с пузатой флягой...

— Марк, а это не опасно? — Мальчишка лет десяти боязливо заглядывал в пещеру.  — Да какой там! Я там сто раз был! — Мальчик чуть старше, лет двенадцати, хорохорился и храбрился, хотя его слегка потряхивало. — И нет там никаких драконов и призраков!  — Честное слово?  — Да я тебе хоть раз врал? — Старший надул щеки и резко выдохнул. — Хочешь, я первый пойду? — Хочу! — Мальчишка закивал вихрастой головой.  — Тогда пойдем! Чур за факел не хвататься, понял? И матери с отцом ни слова!  — Да понял я, понял! — Ну, пойдем...

В таверне было шумно и дымно. Сегодня самый кошмарный и одновременно счастливый день для Доброго Приюта - день, когда в порт начали прибывать корабли. Холода закончились, юркие мелкие суда и крупные пузатые барки торговцев начали сновать по морской глади из города в город. Трактирщик, уже немолодой, но все ещё крепкий, вздохнул, потирая виски. Треклятая головная боль его когда-нибудь доконает. Стоило послушать Трехглазого, ох стоило! Да молодой был, горячий, глупый. Трактирщик принял заказ у молодого моряка с обветренным лицом и снова вернулся за стойку...

В доме было шумно. Жарко полыхала печь, в которую то и дело подбрасывали дров, повсюду был слышен смех и боевые кличи разных кланов. В небольшом доме на краю Леса Древних собралось без малого десять человек. Десять крепких бойцов, десять пышущих жаром битвы воинов, что только стали мужчинами, по меркам их кланов. Десять отчаянных и свирепых, как они сами о себе говорили. Они все были из разных кланов, но их объединяло одно - все они боготворили героев древних легенд, и нынешнее мирное время было им совсем не по вкусу...

Келлен Шарх грузно опустился на прогнивший матрас. Уставшее тело просто вопило, молило об отдыхе, но Келлен упрямо держал глаза открытыми. Не время. Мельком глянув в треснувшие и покосившееся зеркало напротив импровизированной постели, Шарх хмыкнул. Длинный плащ, скрывавший всё, кроме лица, не мог скрыть высокий рост и то что правое плечо было всегда опущено чуть ниже левого. Старая рана, которая последние годы давала о себе знать лишь во время грозы. Келлен скинул капюшон и пригладил короткие седые волосы...

--Тятька, открывай ворота! Да открывай же, тятька! — Стук в ворота был словно кошка скреблась, тихий, но настойчивый и нервный. — Спите там все чтоль? Открывай! Тонкий детский голосок уже срывался на крик. Стражник, натянув капюшон теплого плаща почти на самый нос, нехотя высунулся из сторожки. В такую погоду хозяин собаку не выгонит, а тут ребенок! И открыть бы надо, да страшновато. Кивнув напарнику и подхватив стоящую в углу жарко натопленной сторожки алебарду, стражник наконец потопал к воротам, ругаясь то на погоду, то на пугливый детский голосок у ворот, то на все и сразу...

Снег шел уже третий день. Казалось небо кто-то ткнул ножом, и белые хлопья падали вниз, тяжело и грузно. Тишину разрывал только легкий скрип, издаваемый собакой и девочкой в длинном плаще. Овчарка легко трусила рядом с хозяйкой, вывалив язык и оглядываясь по сторонам, словно в поисках чего-то, ведомого только ей. Девочка шла рядом, и на первый взгляд, не замечала ничего вокруг, засунув руки в карманы и бубня себе что-то под нос. Высокие ботинки, капюшон с мехом, простой рюкзак с потертыми лямками,...

— Хочешь сказать что это все что у нас есть? — Гневный шепот разорвал тишину подвала. — Шутишь? — А что ты хотел? У нас денег на двоих кот начхал, а у яйцеголовых видел какие цены в лавках? Проще с голой жопой идти, и не ори на меня, даже шепотом, это твоя гребаная идея была, посреди Вьюги переть за товаром! Один из собеседников звонко шлёпнул второго по шлему рукой в перчатке. Началась возня и шум, закончившаяся очередным стуком по шлему. Шикнув, обладатель перчаток прислушался. — Затихли, суки, сейчас притащат какого-нибудь мутанта, и дверь эту вынесут...

Смеркалось. Темнота опускалась на мир, словно покрывало, унося с собой остатки света. Невдалеке виднелась небольшое поселение, огороженное забором из сетки и металлических щитов с изображением крестов. Домов было всего пара десятков, и все они несли на себе следы давних разрушений. Почти все дома были в два, а то и в три этажа, и сделаны из камня и кирпича. Соломенные крыши странно смотрелись на домах, но сейчас негде было достать что-то более функциональное. Болотистая местность способствовала...

Город пылал. Огни освещали даже самые темные углы, обычно служившие пристанищем бездомных и крыс. Город пылал как костер, но пламя это не сжигало а грело. Сегодня последний нищий и граф, блистательная придворная дама и побитая жизнью прачка, все они сегодня праздновали, искренне и беззаботно радуясь тому что живы, тому что могут дышать и радоваться этой ночи, что стала похожа на день. Ровно тридцать лет назад, в этот же день, шестеро магов из Академии остановили нашествие тварей из иных миров ценой своей жизни...