ПЯТИХАТКА

Марина поставила на стол тарелку с дымящимися котлетами и картофельным пюре, аккуратно разложила приборы и села напротив мужа. Алексей, уткнувшийся в телефон, даже не поднял глаз. — Ешь, пока горячее, — тихо сказала она. Он наконец отложил смартфон, окинул блюдо равнодушным взглядом и буркнул: — Опять котлеты? Можно было что‑то другое приготовить. Марина сжала вилку так, что побелели костяшки пальцев. Она молчала несколько секунд, собираясь с силами, а потом спокойно произнесла: — Больше я для тебя готовить не буду...

Его голос, резкий и раздражённый, доносился будто издалека. Я стояла у окна, сжимая в руках телефон, и смотрела на капли дождя, стекающие по стеклу. Каждая капля напоминала мне о слезах, которые я так упорно сдерживала последние несколько недель. Экран телефона всё ещё показывал тот самый пост — мой пост. Несколько строк, в которых я впервые решилась рассказать правду: о его постоянных упрёках, о том, как постепенно угасали наши разговоры, о чувстве одиночества посреди совместной жизни. Я не называла имён, не выставляла фото — просто вылила на бумагу то, что копилось внутри годами...

Я замерла на лестничной площадке, держа в руках поднос с двумя чашками кофе и тарелкой круассанов. Гостиница «Уют», где я работала администратором, слыла местом скромным, но с претензией на стиль — кружевные салфетки на столиках, антикварные безделушки на полках, запах свежесваренного кофе по утрам. Вот только гости порой вели себя так, будто им весь мир должен. За дверью номера 317 голос стал громче: — Мам, я не хочу ещё один день здесь! Тут пахнет сыростью, а кровать скрипит, как несмазанная телега! И завтрак вчера был холодный! — Тише, Катя, — устало ответила женщина...

— Пошла вон. Твои вещи в коридоре. Ключи оставишь. Слова прозвучали резко, как удар хлыста. Марина замерла у двери, не веря своим ушам. Она только что вошла в квартиру, уставшая после смены в больнице — в белом халате, с сумкой, набитой медицинскими справочниками и сменной одеждой. Ещё минуту назад она представляла, как упадёт на диван, выпьёт чашку горячего чая, а муж, как обычно, пошутит: «Ну что, доктор, каков диагноз — нужен ли мне массаж ног?» — Что?.. — она растерянно моргнула, пытаясь осмыслить сказанное...

«Я никогда в жизни не опущусь до того, чтобы делить мужчину с другой женщиной. Я не настолько низко пала», — эти слова прозвучали резко, почти грубо, но в них была вся я. Я произнесла их не кому‑то конкретно, а скорее в пустоту — будто закрепляла клятву перед самой собой. Мы сидели в маленьком кафе на окраине города. За окном моросил дождь, капли стекали по стеклу, рисуя причудливые узоры. Напротив меня — моя подруга Лена. В её глазах читалось сочувствие пополам с недоумением. — Но, Катя, — осторожно начала она, — может, стоит разобраться? Вдруг это недоразумение? Я покачала головой...