Жизнь как чудо

Сдобное тесто маме не давалось. Она делала блины и оладьи, жарила пирожки, хворост, а булочки пекли бабушка и тётки. На больших праздниках, когда все семьи папиных братьев и сестёр собирались за общим столом в бабушкином дворе, булочек, шанег и ватрушек на этом столе было такое множество, что глаза разбегались. Именно поэтому сдоба до сих пор ассоциируются у меня с праздником – ни торты и пирожные, а именно булочки, с румяной, блестящей корочкой, смазанной яичным желтком. Бабушка пекла хлеб по субботам, после караваев и каралек в печь отправлялись противни с булками и ватрушками...

1. Дежурство в день рождения было для Павла нормальным и даже привычным. Можно, конечно, поменяться сменами и остаться дома, но что бы он делал – спал, как обычно, пялился в телевизор и не понимал, что вообще происходит в мире, в стране, за стенами его квартиры и больницы? А так – утром коллеги традиционно поздравили банкой растворимого кофе и шоколадкой, операционная сестра Оксана подарила очередную прикольную бандану с мышками, Турбин из 7 палаты с открытым переломом голени узнал от кого-то и во время обхода вытащил из-под подушки бутылку рома...

– Ш, Б, Н, М, К, уверяю Вас, я всё прекрасно вижу. – В таком случае, зачем вы пришли ко мне? – раздражённо спросила женщина-офтальмолог. – У меня слезятся глаза, – повторила я уже в четвёртый раз, – не на улице, не за компьютером, а постоянно. Понимаете? У меня постоянно текут слёзы из глаз. – Ну, а я что могу сделать? – Не знаю, вы – доктор. Должно же быть какое-то средство.– Купите «Оксиал», закапывайте три раза в день. – «Оксиал»? Но зачем мне искусственные слёзы, когда я не знаю, куда девать естественные...

Развод родителей затянулся на два года. Два года взаимных претензий, обид, оскорблений, скандалов, делёжки имущества… Димка в этом состязании был чем-то вроде переходящего кубка. Предки стремились заполучить его, подкупая дорогими подарками, походами в кино и аквапарк. Каждый описывал преимущества совместной жизни: отец обещал купить машину, на которой они объедут весь мир, мать – просто любить. Суд оставил мальчика с матерью, и отец сразу, не говоря ни слова, не попрощавшись даже, исчез. А добившаяся своего мать начала вдруг пить...

Дорога в школу - нейтральная полоса между детским центром и классом. И там, и там – свои правила, свои законы. А в промежутке ты – никто, актёр без роли. Или наоборот – тот, кем являешься на самом деле: отвергнутый ребёнок, ищущий любви и защиты, мечтающий, ждущий, ранимый и мудрый не по годам. – Я люблю так идти, – признаётся Мишка, – идёшь себе и идешь. Вот бы дорога никогда не кончалась… Снег валит большими пушистыми хлопьями, будто кто-то наверху, решил «выбелить» город, очистить от пыли и грязи...