Рассказы для души

Виктор Игнатьевич осторожно поднялся с кровати и направился к двери. Спина ныла тупой, привычной уже болью, отдавая в поясницу, но терпеть было можно. Настойка тёщина — на чём-то там едком, пахнущем скипидаром и аптечной горькой травой — оказалась, к его изумлению, действенной...

Туман над Волгой в тот год встал рано и, казалось, не собирался рассеиваться. Он плыл валом по улицам , заползал в раскрытые подъезды новостроек Автоградского района, стирал грани между землей и небом, между прошедшим днем и наступающей ночью. В этом молочном, неподвижном мареве город терял очертания, превращаясь в лабиринт из бетона и тоски. Люди шли, уткнувшись в землю, будто боялись увидеть впереди не просто соседа, а что-то иное, пришедшее вместе с туманом. И оно пришло. Его звали Сергей, но в редких цехах автозавода «Волгарь», где он тихо и исправно точил детали, его звали Серым...

Эх, молодость... Она уходит беззвучно, как последний троллейбус в осеннюю ночь. Только годы спустя понимаешь, что самые яркие её мгновения были отмечены не громкими победами, а тихим скрипом дверей, мерцанием салонных ламп и чувством абсолютной, безоглядной свободы, возможной лишь тогда, когда весь спящий город принадлежит тебе одному. Всё остальное — суета. А те немногие часы, когда ты шагал по пустынным проспектам, согретый нелепым и прекрасным чувством, — вот она, подлинная жизнь, выхваченная у вечности...

Последние лучи осеннего солнца цеплялись за верхушки голых деревьев за окном, окрашивая кухню в теплый янтарный свет. Валентина Максимовна стояла у плиты, её движения были отточены годами: помешать борщ, проверить котлеты, поправить салфетку под вазочкой. Аромат лаврового листа и чеснока — запах её вечера, её жизни. Симфония тишины, прерываемая лишь бульканьем кастрюли, была внезапно разорвана. В прихожей громко стукнула дверь. Не обычный, мягкий щелчок, а резкий, почти грубый удар. Сердце ёкнуло, предчувствуя неладное...

В ту зиму, что пришла на смену советской эпохе, воздух в городе на Неве казался особенно густым и горьким. Он был наполнен запахом распада и новой, непонятной свободой, которая пугала своей вседозволенностью. Анна, привыкшая к строгим рамкам прежней жизни, заблудилась в этом хаосе. Её существование, прежде размеренное и предсказуемое, превратилось в череду невнятных дней и одиноких вечеров. Именно тогда появился Артём. Он возник внезапно, словно порождение этого нового времени — яркий, раскованный, сыплющий иностранными словами и дорогими сигаретами...