«Версия»

Мы встретились почти случайно — в одном из тех тихих мест, где город словно делает шаг назад и позволяет человеку услышать себя. Небольшая чайхана у старой дороги: деревянные столы, мягкий свет, запах свежезаваренного чая. Здесь не говорили громко. Здесь говорили по-настоящему. Его звали Ходжа-ака. Имя это шло ему — не столько по возрасту, сколько по внутреннему состоянию. В его взгляде была собранность, спокойствие и что-то новое, ещё не до конца осмысленное, но уже очень живое. — Очень рад, — начал я, когда мы сели...

Это была странная и очень тёплая встреча — спустя больше тридцати лет. Мой студенческий друг. Даже не просто друг — брат по молодости. Мы прошли вместе такое, что иногда и врагу не пожелаешь: опасность, риск, драки, выбор без права на ошибку. Он был из тех, кто надёжен. Из тех, кто не предаёт. Он — представитель великого казахского народа. Я ещё в детстве слышал от стариков одну поговорку. В переводе с туркменского она звучала так: «Если идёшь в путь — возьми с собой казаха». Смысл простой: надёжно, по-мужски, до конца...

Он был без настроения. Сразу видно — день не задался. — Что случилось, мой самый любимый человечек на земле? — спрашиваю. — Мои жизни, что с настроением? Он хмурится: — Да достала эта школа… И ещё этот брат, вечно лезет. И вообще… что-то не так со мной. Я даже не задумываюсь: — С тобой всё так. Ты лучший. Просто, дружище, у тебя сейчас какие-то психологические причины. Он смотрит внимательно. Значит, слушает. — Знаешь, — говорю, — конечно, всю эту современную психологию можно отправить куда-нибудь подальше, но все таки...

Дорога тянулась вперёд, уходя в горы. Мы ехали молча. Так молчат люди, которым не нужно заполнять тишину словами. Впереди — поворот, за ним ещё один. Машина ровно глотала километры, вечер медленно оседал на склонах. Она долго смотрела в окно. Потом вдруг тихо сказала, не глядя на меня: — Ты меня любишь? — Да. Небольшая пауза. — Потому что я твоя жена? — Нет. Она повернулась ко мне: — А почему? И тогда я сказал. Когда Бог решил, что я должен родиться, Он уже знал весь мой жизненный путь...

Страх потерять свет Старый учёный сидел на веранде медресе, согревая ладони о маленькую пиалу горячего чая. Солнце медленно опускалось за купол мечети, бросая золотистые блики на его лицо. Рядом стоял молодой человек — не ученик, но искатель. Он пришёл за тем, что сейчас редко ищут вслух: понять, что такое богобоязненность, о которой так много говорят и почти никто не объясняет. — Учитель… — начал он, — люди говорят: «бойся Господа». Но в сердце — другое. Люди боятся начальников, судей, охранников, которые могут испортить жизнь...