Главный трактор I Сельское хозяйство ☑️

Я помню времена, когда фраза «выйти в плюс» звучала как обыденный итог сезона. Это было чем-то само собой разумеющимся: ты посеял, ты вложил силы, ты убрал — и ты заработал. Никто не собирал по этому поводу банкеты и не благодарил небеса за редкое везение. Прибыль была логичным завершением тяжелого труда. Сегодня всё изменилось. Я вижу это в глазах руководителей хозяйств, когда мы садимся за цифры. Я слышу это в разговорах механизаторов в курилках. О «плюсе» теперь говорят с придыханием, как о выигрыше в лотерею: «В этот год повезло», «Сложилось удачно», «Редкий случай»...

Со стороны сельское хозяйство часто выглядит просто. Посеял — вырастил — убрал — продал. В этой логике управление хозяйством кажется чем-то вторичным: организовал людей, купил технику, проконтролировал процесс...

Я всё чаще ловлю себя на мысли, что в хозяйствах боятся не проверок, не плохой погоды и даже не низких цен. Больше всего боятся одной цифры — полной себестоимости. Не потому что не умеют считать. А потому что результат может оказаться слишком неприятным...

Я и подумать не мог, что в какой-то момент новый трактор будет вызывать не радость, а тревогу. Раньше всё выглядело просто и даже логично: техника — это развитие, рост, следующий шаг вперёд. Купил, поработал, расплатился, пошёл дальше...

Каждый раз одно и то же. В новостях — «рекордный урожай». В отчётах — рост, проценты, тонны. А в хозяйстве — пустая касса и ощущение, что стало не легче, а тяжелее.

Недавно я стоял на краю поля в одном очень успешном, судя по отчетам, хозяйстве. Директор — крепкий хозяйственник — в сердцах махнул рукой на проезжающий мимо старенький МТЗ: «Представляешь, плачу механизаторам в сезон по сто с лишним тысяч, а они всё равно смотрят на сторону...

Разговоры о рынке сельхозтехники в 2026 году всё чаще напоминают диалог людей, которые смотрят на одну и ту же отрасль, но живут в разных экономических мирах. Особенно это заметно на профильных выставках и конференциях, где рядом оказываются регуляторы, производители и дилеры...

Чиновники говорят о росте, бюджеты программ поддержки увеличиваются. Но если смотреть на цифры, картина выходит совсем другой. По данным Росстата, производство тракторов в 2025 году сократилось примерно на 22%, а продажи отечественной сельхозтехники на внутреннем рынке упали более чем на 30%. Это уже не разовая просадка, а устойчивая тенденция, которая перешла и в 2026 год. Кредиты под 18–20% годовых сделали покупку техники практически недоступной. Даже лизинг, который сейчас обеспечивает до 70% сделок, перестал быть инструментом роста и всё чаще превращается в тяжёлое обязательство...

В сельском хозяйстве к шуму привыкли. Шумит техника в поле, шумит зерноток, шумят на планерках, когда что-то идет не так. Мы привыкли, что если назревает проблема, то она обязательно должна «рвануть» — с криками, битьем кулаком по столу и взаимными обвинениями...

Я помню одну планерку в середине августа. Жара стояла невыносимая, посевы буквально горели. Главный агроном, человек с тридцатилетним стажем, стоял перед руководством, опустив глаза. Ему нужно было сказать, что план по урожайности мы не выполним — природа распорядилась иначе...

Еще пять-семь лет назад фраза «вышли в ноль» в кулуарах аграрных выставок или в кабинете председателя звучала как признание в фиаско. Это означало: год потерян, техника не обновлена, люди останутся без премий, а руководитель — без сна...

Я помню времена, когда слово «хозяин» звучало гордо и весомо. Мой дед всегда говорил: «Земля — она честная, она лишнего не возьмет, но и свое отдаст сторицей». Я и сам долгое время верил в эту простую формулу: работай много, не воруй, относись к технике с душой — и будешь в шоколаде. Но сегодня, глядя в усталые глаза своих знакомых фермеров, я вижу совсем другую картину. Эти люди работают по 18 часов в сутки, у них руки в мазуте и лица, дубленные ветром, но в карманах у них — пустота и пачки кредитных договоров...