Рассказы акушера

Шел дождь. На часах было половина третьего ночи. В палате номер три царил полумрак, разбавляемый лишь зеленым свечением монитора кардиотокографа и приглушенным светом торшера. Из динамика доносился быстрый, ритмичный стук — как топот крошечных лошадиных копыт...

В родильном зале номер три стояла тишина, которую акушеры боятся больше всего. Обычно роды — это шумно. Это крики, тяжелое дыхание, подбадривания персонала, а затем — оглушительный, спасительный плач новорожденного...

Белый шум. Это первое, что по-настоящему заполнило комнату, вытеснив из неё привычные звуки: писк мониторов, шуршание одноразовых простыней, скрип кожаной обуви акушерки. Звуки не исчезли совсем, они просто...

Электронные часы на стене ординаторской показывали 03:14. В акушерстве это время называют «часом волка» — самый глухой, обманчиво тихий отрезок ночи. ​Акушер-гинеколог Максим Корсаков потер воспаленные от бессонницы глаза...

Стены приемного покоя казались Марине кафельным филиалом ада. В свои двадцать четыре года она думала, что знает, что такое страх, но настоящая паника накрыла её только здесь, под монотонное гудение люминесцентных ламп городского роддома...