НАДО ЖИТЬ!

Утро вторника на Масленой неделе особенно звонкое. Еще не отзвенела вечерняя молитва, а на улице уже слышен смех — это пришел Заигрыш! Если понедельник был тихой встречей, когда тесто для блинов подходило...

За окном выл ветер так, словно сам бес собрался на шабаш и никак не мог найти дорогу. Вторые сутки мело. Дарья сидела у печки, подложив под бок рыжего кота, и слушала, как зима пытается высадить стекла в её маленькой избе...

Представь себе раннее утро 16 февраля. За окном ещё трещит морозец, но на душе уже тепло от предвкушения праздника. Хозяйка встаёт до первых петухов, достаёт чугунную сковороду и начинает колдовать над тестом...

Это был тот самый день, когда даже воздух казался сотканным из нежности. За окнами маленькой кондитерской «Марципан» кружился снег, крупными хлопьями оседая на карнизах и ресницах прохожих. Внутри пахло корицей, ванилью и предвкушением чуда...

В деревне говорили: у Сергея глаза — как у волка, а у Дениса — как у омута. Один брат брал тем, что горел, другой — что молчал. А она выбрала реку. — Кто первый переплывёт, — сказала Лена, теребя платок, — за того и пойду...

Сегодня, накануне того дня, когда зима по-хозяйски пересчитывает свои сугробы, а избы вздыхают гуще дыма, вспоминают о нём. О том, кто невидим, но чьё присутствие плотно, как тепло от печи. Кто скрипит половицей, постукивает в трубе, прядает котом...

В раме из слоновой кости и бархата. Под потолком, расписанным диковинными райскими птицами, витал запах сухих трав и воска. За плотной занавесью тихо лежала боярыня Анна. Бывшая Анна, живая душа в омертвевшем теле...

О, святая и прехвальная мученице Христова Татиано, звездо нерушимая, светом веры озаряющая студеную январскую тьму! К тебе, дево чистоты и мужества дивного, простираем мы ныне гласы сердца. Ты, презревшая...

Зима, подойдя к самому экватору своему, на миг затаила дыхание. 21 января — это день-мост, день-половина. В народном календаре его зовут Емелин (Емельянов) день, будто старый, седой месяц, отшатнувшись...

Канун Крещения выдался таким, каким он и должен быть — хрустальным, звёздным и бездонным. Мороз, не просто щипавший щёки, а словно вышивавший на стёклах причудливые папоротники из инея, сковал город в бриллиантовый панцирь...

За окном — царство января. День короток и прозрачен, как льдинка, а к раннему вечеру небо из пепельно-серого превращается в густо-синее, бархатное, усыпанное трепетными искрами первых звезд. Воздух звенит от мороза, чистый и резкий, им дышишь — и кажется, пьешь ледяной эликсир...

Есть в мире три вещи, на которые можно смотреть вечно: как течёт вода, как горит огонь и как всходят семена перца. Третье — удел избранных, садоводов, знающих истину: обильный урожай начинается не в июле,...