Романы о любви

— Сдаем телефоны-ы-ы! — пропела Карина, протягивая перед ними небольшую коробку, в которой не то что сотовый, два автомобильных аккумулятора с легкостью войдут. — Ну, же! Сегодня моя игра — мои правила… Никаких гаджетов! Только мы, этот чудесный дом и сосны вокруг, — рыжеволосая кудрявая дева вскинула одну руку, показывая красоты сего живописного места. Ее муж тоже не ожидал, что Кари начнет жестить и отбирать самое ценное… У многих сотовый — часть неотъемлемой жизни. Он скосил глаза на чету Корольковых, вцепившихся в ручки чемоданов на колесиках...

— Валя, зачем ты так? Мстить мне решила? Я виноват, на мне и отыгрывайся сколько влезет! Сына моего не трогай, пожалуйста. Парень не ест, не спит. Лица на нем нет, — сейчас Геннадий ее умолял. Он был жалок, выпрашивая снисхождения. Пусть не для себя, а для своего сыночка от другой женщины. Его волнение выдавали слегка дрожащие руки. Акустика в подъезде передала хриплый, срывающийся голос верхним этажам. Валя смотрела на мужчину, который ничуть не изменился за столько лет. Только сажень в плечах стала шире, да легкая седина на висках...

Мария лежала на животе, поверх расстеленного покрывала на траве. Уперев подбородок в скрещенные пальцы, она смотрела сквозь растительность… Катя сказала, что там ползают муравьи, за ними интересно наблюдать, вечно что-то таскают, дела у них важные. Действительно, на поляне кипела своя микро-жизнь. У Маши не было важных дел. Отпуск. Июль. Теткин загородный дом в тихом коттеджном поселке. Спину, успевшую загореть, пригревает солнышко, которое скоро сядет за березовой рощей. Шмели жужжат, интересуясь пыльцой ромашек...

– Катюх, скинь мне денег на карту. Хочу сходить на выставку художников–передвижников, – Ярик лежал на диване в обнимку с гитарой, перебирая длинными пальцами струны. Он не сказал «пожалуйста» и когда вернет. Они ж семья! Про семью Ярослав вспоминал только тогда, когда от Екатерины что–то было нужно. А в остальное время, их затянувшееся сожительство больше походило на потребительство одного и эксплуатацию другой. Катерина хотела бы ему намекнуть, что полочку нужно в ванной прикрутить, которую он буквально...

Наденьку все пытались оттащить от гроба. Охали, ахали. Многозначительно переглядывались. То пледом она пытается укрыть покойного, то носки теплые на ноги надеть, вытаскивая из пакета. Ведь там, без нее Степану будет холодно и одиноко. Плакала Надя, страдала, как те люди, что теряют смысл жизни. Вместе с мужем она у.мирала, не видела больше белого света. Весь мир померк, окрасившись в траурные тона. Еще немного держалась, пока следовало отдать последний долг перед Степой, проводить в путь иной, как полагается...