Дневник странствующего барсука.

23 мая 2026 года я встретил ее на границе Ставропольского и Краснодарского краев (сразу за постом ГАИ) Среднего роста, одета скромно, она уверенно пыталась остановить попутку, не особо вглядываясь в лицо водителя. Поинтересовалась, еду ли я в сторону Краснодара. Первые минуты случайного знакомства прошли в напряженной тишине. На правах хозяина положения начал с незатейливых вопросов- как зовут, откуда едет, как дела. Анастасия, сирота, дочь наркомана и алкоголички, родом из республики Хакасия. Страдает сложнопроизносимой формой шизофрении, живет в Ставрополе (приемная мать сняла жилье на время учебы), имеет обширный круг сомнительных знакомств. Я честно рассказал о себе. С удивлением обнаружил общих знакомых по семинарии (привет, о. С.Б.!). Оказывается, моя попутчица просила милостыню в шумной компании цыган, несколько раз пыталась покончить с собой, лежала в психиатрической лечебнице, защищала православие в неравной схватке с представительницей ислама, настойчиво пытавшейся обратить ее. Без лишних раздумий влюблялась в учителя музыки, случайного ровесника, архиерейского иподиакона. Последний кстати, оставил более чем серьезный след в ее сердце. Периодически Настя представляла, как обнимет его или поцелует, придет к матери возлюбленного на работу и заявит о намерении выйти замуж. За явными признаками душевного недуга скрывалось сердце, не знавшее толком любви, ласки, родительской заботы. Больше трех часов пути пролетели незаметно. Я говорил о себе, не скрывая, нелецеприятные вещи, делился жизненным опытом. Украдкой отгонял непрошенную слезу, проникаясь откровениями невозмутимой попутчицы. Понимал, что она обречена. Скитаться "по рукам", быть отвергнутой, ненужной, мучиться от страстей и наклонностей, любезно предоставленных ей родителями. Алкоголь, беспорядочные половые связи в поисках того самого, кто не обманет и не предаст. Попрощались в самом Краснодаре. Попытался выдавить из себя слова о Боге, Который любит и всегда рядом. Немного помог деньгами (не хотел писать об этом в дневнике). Меня не отпускают мысли о подобных людях, будто бы случайно родившихся в эту жизнь на страдания, никому не нужных и не интересных, кроме себе подобных. Дорогая Настя, пусть у тебя все будет хорошо!

22.02.2026 02:28 Какие-то жалобные крики за окном вперемешку с матерщиной. Покрепче натягиваю подушку на голову. Не помогает. Жена проснулась и пытается что-то разобрать в кромешной темноте открытого окна. Нехотя поднимаюсь и я, довольно громко обращаясь к неведомым хулиганам и предлагаю им уменьшить громкость издаваемых звуков. В ответ звучит просьба вызвать "Скорую помощь". Одеваюсь, выхожу на улицу, обхожу дом. Пожилой мужчина стоит возле относительно молодого, лежащего на земле. Оба плохо одеты, нога парня неестественно вывернута и издает неприятный хруст при движениях, джинсы в пятнах крови. Запах алкоголя . Крики о помощи. В оконных проемах видны фигуры жильцов, прячущихся за шторами и боязливо наблюдающих за происходящим. Звоню по номеру "112", обьясняю ситуацию (на минуту, человек шагнул вниз с пятого этажа), попутно пытаясь найти в себе какие-то слова утешения для пострадавшего. Получается из рук вон плохо. Ногу молодого человека ест какой-то мифический краб, принося невероятные страдания, он умоляет нас о помощи. Из темноты материализовались трое неизвестных, предложили помощь. Отказался. Чем тут поможешь? Пытаюсь выдавить из себя какие-то обрывки молитвы за несчастного, в какой-то миг приходит мысль обратиться к нему с вопросом о Крещении. Но он явно в неадекватном состоянии, да и не будет ли это неким торгом с Богом? Тяжело на душе, очень тяжело. Вот и "скорая". Пожилой усталый мужчина и молодая невысокая девчонка, обращающаяся ко мне словами "мой хороший". Это удивляет и придает сил. Грузим пациента сначала на мягкие, потом на жесткие носилки, несем, спотыкаясь, по мокрой от росы траве к медицинскому автомобилю. Странно, он (десантник поневоле) сам сложил руки на груди и затих. Пришла мысль о том, что он не жилец. Попрощался, посидел на лавочке возле подьезда, попросил Христа за этих замечательных людей, самоотверженно помогающих незнакомому пьянице. Утром позвонил участковый и сообщил, что бедняга не доехал до больницы, скончался. Меня мучают мысли - для чего именно я оказался свидетелем произошедшего, что от меня хотел Бог, не упустил ли я чего-нибудь? Тяжело.

Про дружбу. В юном возрасте "Д'Артаньян и три мушкетера", "Граф Монте-Кристо", "Наследник из Калькутты", "Лондонские тайны" были мной любимы особенно и зачитаны буквально до дыр. Помимо всего прочего, в них говорилось о настоящей дружбе. Конечно, мне хотелось иметь настоящего друга, с которым можно поделиться каким-нибудь секретом, а уж он ни за что на свете не выдаст его. Самому быть готовым на все. Отдать последнее, навестить в больнице. Но как-то не сложилось. В начальных классах я был самым младшим, одноклассники были старше на два, а то и на три года (в школе это критическая разница, поверьте!). После переезда в Е. мало что изменилось. Меня ничего не обьединяло со сверстниками, кроме парты, учебников, очередного домашнего задания. Тупые шутки, прогуливание уроков, вечеринки на квартирах. Нам не о чем было поговорить. Приходилось тяжело. Положение смягчало то, что у меня можно было списать практически все, кроме химии. В эти редкие моменты наступало перемирие. Не хватало воспитания отца, его мужского участия в жизни сыновей. Гораздо позже, ближе к тридцати годам я понял, что часто навязываюсь людям. Не вижу обыкновенных границ при общении ("свой-чужой"), пытаясь восполнить дефицит этого самого общения. К моменту поступления в семинарию многое изменилось. Я как раз вернулся из Н., был в армии, многому научился. В обиду никому себя не давал, наоборот, злоупотреблял хорошей физической формой и определенной долей наглости. Это было своеобразным ответом на похожее поведение священнических детей из состоятельных семей. Один из таких ребят, сын влиятельного московского протоиерея, стал для меня особенно близок. Мы часто проводили вместе свободное время, нарушали распорядок учебного дня, делились последним (по крайней мере, так я это видел в то время). Во время крупной ссоры с другими учащимися (нас двое, их - семь - восемь) стояли рядом. Потом наши пути в жизни разошлись, мы разьехались по разным епархиям, общение прекратилось. Много позже, во время работы в сфере грузоперевозок побывал у него в гостях, периодически созванивался. Инициатором был я (кто бы сомневался?). Практически сразу после возобновления нашего общения начались регулярные просьбы занять денег. Это могло быть ночью (чаще всего), вполне ощутимые суммы. 90% звонков с его стороны заканчивались именно так. Я давал. Не торопил с возвратом. Не спрашивал, почему то, что давалось мне тяжелым трудом, он легко спускал за одну ночь и с легкостью возвращал, жалуясь, однако, на бедную жизнь. (священник, живущий в подаренной кваритире в центре крупного областного города). Автомобиль ему также достался даром. Были регулярные безвозмездные денежные переводы, совсем не маленькие. Прекратилось это после одной просьбы с моей стороны. Предстоял церковный суд (акция устрашения со стороны епархиальных "тузов"). Я вспомнил, что отец моего друга давно живет и служит то в Грузии, то в Греции. Почему бы не обратиться с просьбой о помощи в переводе на самый небольшой, но все же приход в этих местах? Подобные просьбы люди высокого уровня решают одним телефонным разговором. И уж мой-то давний друг не откажет в такой пустяковой просьбе! Так мне казалось. После разговора об этом он погрустнел. Пообещал немедленно переговорить с отцом. И пропал. Несколько раз вежливо напоминал ему о нашей беседе. Получал искренние уверения в дружбе и обещания непременно помочь. Отец ведь хороший человек и обязательно поможет! Прекратились звонки с просьбами занять денег. Они вообще прекратились. Это стало очередным важным уроком для меня. Помогают практически всегда только своим. Плохим, непослушным, наглым, но - своим. Чужие беды мало кому интересны. То ли дело сидеть за роскошным столом и рассуждать о крепкой дружбе?!...

9.07.24 05:19 Поезд Владикавказ-Москва Храп соседей по плацкартному вагону не давал шансов уснуть повторно. Показатель температуры на внутривагонном табло (+22 снаружи/+27 внутри) явно не соответствовал действительности. Кто бы включил кондиционер... Кому-то славный город М. дается легко и непринужденно. Меня же он явно невзлюбил. Сумасшедший ритм жизни: бегущие по движущемуся эскалатору люди, пустые лица, какой-то чужой дух. Качественно дешевая еда в заведении на Павелецком по недешевым ценам. После пары бокалов дрянного пива официант настойчиво предлагал еще. Его (ее) посылал управляющий, я видел это. Слышал их разговоры. В очередной раз я оказался здесь по рекомендации одного хорошего священника из "непоминающих". Его знакомый пообещал устроить меня водителем небольшого грузовика в дочернее предприятие всероссийского гиганта "Автодор". Ну а что? Работа несложная. Приехал на обьект, привез людей и груз. Отвез обратно, снова привез. И вечером домой. 15 дней - заработная плата на карту. Выглядит вполне неплохо, согласитесь. Сюда летел на самолете. "Боинг 747", пассажиров в районе 200 человек. Страшно было при взлете. Потом ночные московские дороги на старенькой "Газели". Задушевный разговор до начала третьего ночи. Утром, после 6, в воскресенье поехали на обьект. Их было несколько по всей Москве, но этот особо привлек мое внимание. Частная гостиница высотой...Не знаю, сколько именно в ней было этажей. Плохо говорящий по-русски контингент. Отбойник, яростно уничтожающий недавно залитую бетоном площадку. На мой вопрос "Зачем?!" напарник таинственно хихикает:"Вот увидишь, они ее обратно так же зальют!" Узбеки, перебрасывающие бетонные осколки из одной кучи в другую. Поехали в другой район Москвы, чтобы забрать две (!!!) плитки и два диска для "болгарки". "Газель", на минуточку, работает на бензине. Потратили мы из бюджета нашей Родины на эту глупую затею явно больше стоимости этих мелочей. Но кого интересует чужое счастье? Одному пареньку "болгаркой" разрезало ногу. Сильно. Везем в травмпункт, в обычную больницу нельзя (начальнику участка проблемы не нужны). На загадочном языке (вроде армянский) пострадавший рассказывает по телефону маме о случившемся. Она причитает, что предвидела это три дня назад. По пути бригадир раненого весело сообщает о недавно родившей ему долгожданного ребенка молодой жене. О половине московских женщин, в связь с которыми он вступил после этого. Весело свистит в окно прохожим легко одетым девочкам и настойчиво предлагает знакомство. Всем присутствующим весело, они явно на стороне рассказчика. Постепенно узнаю о местных порядках. Оказывается, не все так просто. Работа потому хорошая, что приносит неплохой доход. Если правильно ее понимать. Приезжает компрессорная установка на обьект. Может быть, ее запускают. А может, и нет. Но в документах будет значиться весьма неплохой расход дизтоплива. Которое потом приобретет загадочный посредник. Которое у него перекупит не менее загадочный конечный потребитель. Плюс всякие мелочи в виде слитого бензина на АЗС, записи о пробегах в путевом листе карандашом. И не только. Запасные части для ведомственной техники запросто встретишь на местном рынке. При этом автомобили предприятия даже визуально представляют из себя жалкое зрелище. В принципе, всех все устраивает. Эти тянут, другие подтягивают. Всем хорошо, кроме нашей Родины. Вор у вора шапку украл. Про всякие мелочи, вроде строительства таинственных обьектов частным лицам техникой и личным составом ГБУ, умолчу. Жирафы на частных дачах заместителей мэра, дорожки для проезда автомобилей из дорогого деревянного покрытия. Маленькие беседки на восемнадцати бетонных сваях. И некоторое другое. Бог им судья и нам. Но сил в себе подражать небожителям не нашел. Кажется, мои благодетели немного огорчились за непонимание. На прощание оставил порядок после себя в общежитии, небольшой подарок. Попросил простить

Учиться я любил. В детстве родители убеждали меня, что хорошая успеваемость откроет в жизни много возможностей. О, как они ошибались! В школу пошел в пятилетнем возрасте, умея вполне сносно читать и в принципе в третьем классе мне делать было нечего (учителя советовали перевести в пятый). Такое бывает при определенной степени одаренности. Домашняя библиотека способствовала развитию памяти, устной речи. Джек Лондон, Александр Дюма, Луис Ламур, Экзюпери уносили меня прочь от суровой действительности. Каких-то грамматических правил (которые одноклассники записывали на кусочках картона) я просто не знал. Нужные словосочетания, знаки препинания сами собой всплывали в памяти. Не припомню, чтобы сельская школа уровня начальных классов дала мне что-то принципиально новое. Четвертый класс я встретил во вполне приличной средней школе одного небезизвестного города-курорта. Это был другой мир. Если в сельской школе дети мало чем отличались в плане социального положения, то здесь были свои "новые русские", "родственники родственников" и прочие небожители. У меня плохо получалось находить с ними общий язык, наша семья считалась одной из самых бедных в классе. Помню, какими трудами удалось отвоевать свое право на бесплатное школьное питание (что служило поводом для многочисленных насмешек). Постоянно приходилось защищаться от нападок более старших ребят. Как-то раз взял в руки канцелярские ножницы и погнался за ними по школьному коридору. Чудом не поставили на учет в ДКМ. Быть самым младшим в классе-сомнительное удовольствие. Урок русского языка или литературы. Одноклассник сидит со скучающим видом и что-то прячет под партой. Он пилит бритвенным лезвием палец. Кровь понемногу капает на пол, кап-кап. На выпускных экзаменах он будет вдоволь угощаться портвейном. Сейчас это офицер полиции, уважаемый человек. Кто-то нюхал клей, многие курили. Деньги, спрятанные в конфетные коробки, решали проблемы. Таких преподаватели "вели за руку". Мне приходилось преодолевать трудности самому. Всплыл в памяти эпизод с домашним заданием по русскому языку. Той ночью одно упражнение я переписывал заново до тех пор, пока не закончилась двенадцатилистовая тетрадь. Так моя мать воспитывала во мне усидчивость. Позднее были институт, семинария. Полюбил писать курсовые, дипломные проекты. Учился без троек и взяток, по-прежнему верил, что это нормально. И даже тогда, когда действительность не оставила и тени от моих надежд, не потерял любви к учебе. Сейчас я часто думаю, что иногда проще оставаться неучем. Кому-то это здорово помогает жить.