Дом. Еда. Семья

Начало *** предыдущая глава *** Пространство вокруг изменилось снова. Серая пустота, в которой Вера шла последние — минуты? часы? время потеряло смысл - начала обретать форму. Сначала появился пол с выщербленными плитками, бетонные, грязно-зелёные стены, с облупившейся краской, потолок низкий, давящий — Штаб, — поняла Вера. — Как на картинках рисуют, только очень старый, брошенный. Вера прошла вперёд, мимо пустых столов, карт на стенах, мимо чёрного телефона с оборванным шнуром. В центре комнаты стояла дверь: ржавая, с кольцом вместо ручки, с листами железа, приваренными кое-как...

Начало *** предыдущая глава *** Вера посмотрела вперёд. Коридор продолжался: зеркала, зеркала, зеркала. В некоторых она видела чужие лица солдат, которые были здесь до неё. Они смотрели на неё пустыми глазами и молчали. Вера пошла вперёд, шаг за шагом, не глядя в зеркала, слушая едва уловимый пульс Василька на запястье. Где-то впереди, в самой глубине пустоты, её ждал человек, который когда-то был мужем её сестры. Или то, что от него осталось. — Я найду тебя, — сказала Вера в темноту. — И вытащу, даже если ты этого не хочешь...

Начало *** предыдущая глава *** Вера не поняла этого сразу — просто сделала шаг, и нога не встретила опоры. Она упала вперёд, взмахнула руками, пытаясь схватиться за что-то, но стены тоже исчезли, там, где секунду назад был бетон, теперь была пустота. Она падала. Не было ни верха, ни низа, ни ориентиров, только чернота, которая давила на глаза, на кожу, на сознание. Вера попыталась закричать, но звук умер в горле, съеденный тишиной. Тишина была живой, она дышала, смотрела на Веру тысячами незрячих глаз...

Начало *** предыдущая глава *** Вера не спала эту ночь. Она сидела на кухне, поджав ноги, и смотрела в окно на фонари, которые мигали в такт её мыслям. Надя спала в соседней комнате, после больницы её вырубило лекарство, и Вера надеялась, что у сестры не будет снов. Алиса с родителями на даче. Квартира была пустой, холодной, чужой. Она взяла ручку и лист бумаги. Письма давались тяжело. Слова застревали в горле, превращались в кривые, неуклюжие фразы, которые не передавали и сотой доли того, что она чувствовала...

Начало *** предыдущая глава *** Данила сжал руки так, что побелели костяшки. Он хотел что-то сказать, но промолчал — потому что правильных слов не было. И не будет. Дома их встретила тишина, Вера открыла дверь ключом, прошла в прихожую, на секунду замерла. — Надя? — позвала она. Никто не ответил. — Надя, мы вернулись. Тишина, только холодильник гудел на кухне, только за стеной у соседей играл телевизор. Обычная жизнь, но Вера чувствовала — что-то не так. Она зашла в спальню. Надя лежала на полу. Не на кровати, не на диване — на полу, лицом вниз, раскинув руки, как подбитая птица...

Начало *** предыдущая глава *** Бункер появился внезапно - бетонная коробка, вросшая в землю, с заваренной дверью и лазом сбоку. Вера подошла к лазу, посветила фонариком. Там было темно. Не просто темно — чернота, которая не рассеивалась даже от яркого света. — Он здесь, — сказала Арина, обходя бункер по периметру. — Я чувствую разлом. Она скинула рюкзак, достала несколько колб, медный жезл с навершием в виде спирали и маленький чёрный камень, тот самый, что показывала Вере в прошлый раз. — Что вы делаете? — спросил Данила...

Начало *** предыдущая глава *** Вера достала из рюкзака карту, ту самую, сфотографированную под матрасом Алексея. Сейчас карта была распечатана на принтере, с красными отметками. Она развернула карту и положила на пол перед Михаилом. Сначала ничего не произошло. Михаил смотрел сквозь карту, сквозь пол, сквозь землю, туда, откуда не возвращаются. Потом его пальцы дрогнули. Едва заметно, так дёргается лист на ветру перед дождём. Вера замерла, не дыша. Данила подошёл ближе. Санитар, до этого стоявший у двери с безучастным лицом, вдруг выпрямился и насторожился...

Начало *** предыдущая глава *** Учреждение, куда Арина договорилась их пустить, находилось в сорока километрах от Заозёрска, за старым сосновым бором, который местные называли «мёртвой зоной». Не потому, что там кто-то уми_рал, просто мобильная связь там не работала, птицы не пели, а деревья росли криво, как будто их кто-то постоянно дёргал за корни. Это было место, наполненное страданием и безысходностью, и природа это чувствовала Вера и Данила ехали на автомобиле с незнакомым мужчиной, который...

Начало *** предыдущая глава *** — А потом этот человек рассыпался, — сказал Олег. — Просто… рассыпался. Как песок, как пепел. Ветер подул, и его не стало. — Михаил это видел? — Михаил это видел лучше всех. Он стоял ближе всех, смотрел прямо на лицо без лица, когда оно рассыпалось. И после этого Михаил сломался. — А что Алексей? — спросила Вера. — Алексей стоял и улыбался. Вы бы видели эту улыбку, не человеческую. Как будто он не улыбался, а показывал, что умеет улыбаться, как кукла. И в глазах у него было пусто...

Начало *** предыдущая глава *** Утро следующего дня было серым, мокрым и каким-то липким — как будто небо решило напомнить людям, что осень в Заозёрске не заканчивается никогда. Вера стояла у окна, сжимая в руке маленький колокольчик, который Арина вручила ей перед отъездом. — Это не простой колокольчик, — сказала ведьма, передавая его через Василину. — Он сделан из сплава, который плавили в сочельник, звенит только на ложь, на пустоту реагирует особенно. Если кто-то говорит неправду о том, что связано с бункером, колокольчик издаст звук, тонкий, противный...

Начало *** предыдущая глава *** Тут Коржик, до этого момента мирно сидевший на руке Василины в виде браслета, ожил, соскользнул на стол, превратился в самого себя и гордо поднял голову. — У меня есть вопросы, — объявил он. Арина посмотрела на него. Коржик выдержал взгляд. Потом ведьма усмехнулась и сказала: — Валяй. — Гидруша где? — На кухне, ест печенье. — Вызовите её, — Коржик повернулся к Василине. — Я должен провести допрос. Василина закатила глаза, но пошла на кухню. Через минуту она вернулась с Гидрушей, та топала на семи маленьких лапках, все семь голов были сонными и недовольными...

Начало *** предыдущая глава *** Алиса замолчала. Стояла посреди комнаты, смотрела на мать большими круглыми глазами и не плакала, только шмыгала носом. Вера просидела рядом с Надей до утра. Не спала, не пила, не ела. Просто сидела на полу, прислонившись к кровати, и ждала, когда рассвет заглянет в окно. Утром, если это можно было назвать утром, серым, мокрым, с дождём, который барабанил по подоконнику, Вера осмелилась посмотреть на оберег. Мешочек висел на шее у Нади, но выглядел иначе. Ткань выцвела, стала почти белой, с серыми разводами, похожими на плесень...