— Ты выгоняешь мать?! — Зинаида Львовна перешла на ультразвук. — Да я тебя прокляну! Ты ни дна, ни покрышки не увидишь!
— Ты смеешь говорить мне «нет»? Мне?! Матери, которая ночей не спала, когда у тебя в детстве была ветрянка? Ты сейчас стоишь передо мной, вся в золоте и шелках, и жалеешь брату какие-то жалкие полмиллиона?! — голос Зинаиды Львовны дрожал от наигранной театральной истерики, а её пухлая рука сжимала край кухонного стола так, что побелели костяшки. — У него жизнь рушится! Его коллекторы на куски порвут, а ты… Ты просто смотришь на меня своими ледяными глазами? В кого ты такая уродилась, Ольга? В отца...