Дом красивых вещей

Воротился старик ко старухе. Что ж он видит? Высокий терем. На крыльце стоит его старуха В дорогой собольей душегрейке, Парчовая на маковке кичка, ЖЕМЧУГИ огрузили шею, На руках золотые перстни, На ногах красные сапожки (А. С. Пушкин) Во многих русских сказках, да и в произведениях 19 века часто встречается упоминание о жемчужных ожерельях, о расшитых жемчугом кокошниках, поясах, душегреях, иконах.  Как же я удивилась недавно, когда узнала, что это наш, российский жемчуг! Летописцы описывают пояс великого князя Ивана Калиты, украшенный жемчугом, жемчужную серьгу князя Святослава. Легенды ходят и о мантии Ивана Грозного, которая была «сплошь усыпана жемчужинами величиной с орех», и его шапке, расшитой узорами из речных жемчужин. Почти до конца 19 века Россия обладала огромными ресурсами этого природного чуда, которое рождается в раковинах молюсков.  Россия же была и основным его мировым поставщиком. Вылов жемчуга вели в реках и озерах Северо-Запада, Архангельска, Прикамья и в Сибири. А в Поморье жемчужный промысел сохранялся еще в самом начале ХХ века. Ловцы доставали желеобразные жемчужины из ракушек-жемчужниц или перловиц, как их еще называли, каждую заворачивали в отдельную тряпочку. Затем еще мягкие жемчужины нанизывали на конский волос, чтобы получились длинные нити из жемчужин одного размера. Когда жемчуг на воздухе отвердевал, эти нити нашивали на одежду, составляя необходимые узоры. Об этом я узнала на экскурсии в Российском Этнографическом музее. Там же можно увидеть всю эту красоту. Богат я, казны не считаю, А все не скудеет добро; Я царство мое убираю В алмазы, жемчуг, серебро. Некрасов Н. А., Мороз, Красный нос Сознайтесь, что и Мурино, и острова хороши тогда, хорош и Финский залив, как зеркало в богатой раме: и там блестят, играя, жемчуг, изумруды… Гончаров И. А., Фрегат «Паллада» В этой же комнате в углу висел большой киот с старинными фамильными образами, из которых на одном (всех святых) была большая вызолоченная серебряная риза, та самая, которую хотели закладывать, а на другом (на образе Божьей Матери) — риза бархатная, вышитая жемчугом. Достоевский Ф. М., Подросток

Опубликовано фото

Чайные и кофейные пары, сервизы, колокольчики с этим изящным геометрическим узором скупались иностранцами в фирменных магазинах ИФЗ десятками в годы расцвета туризма. Узор «Кобальтовая сетка» давно стал визитной карточкой Императорского фарфорового завода и одним из символов русского фарфора. А придумала эту синюю сеточку художница завода Анна Адамовна Яцкевич (1904-1952). Впервые посуду с таким узором выпустили в 1944 году и был он сначала золотым. Но художнице не очень понравилось, как золотая сетка смотрится на готовой продукции, и она изменила на последующих моделях цвет с золотого на насыщенно синий, кобальтовый. Так впервые появился этот узор. Сервиз с таким рисунком в 1958 году получил золотую медаль на Всемирной выставке в Брюсселе и стал примером классической фарфоровой продукции ЛФЗ (тогда еще Ломоносовского фарфорового завода). С того времени за узором и закрепилось название «Кобальтовая сетка». Сразу после выставки популярность на эту модель посуды в Советском Союзе резко возросла. Многие мечтали иметь на своем столе если не сервиз, то хотя бы чайную чашечку со знаменитой синей сеточкой. А откуда взяла Анна Яцкевич эту идею? Существует две основных версии, как художница придумала этот рисунок, а какая из них верна - спорят до сих пор. По первой версии идея «кобальтовой сетки» была навеяна другим сервизом с сеточкой. Это сервиз XVIII века, созданный самим Дмитрием Виноградовым для Елизаветы Петровы, он носит название «Собственный». В 1944 году фарфоровому заводу исполнялось 200 лет, и главный художник Н. М. Суетин посоветовал художникам фабрики подготовить к этому событию изделия с классическими мотивами из истории русского фарфора. Анна Адамовна придумала рисунок по аналогии с Собственным сервизом Елизаветы Петровны (в оригинале на ажурной сетке были вписаны маленькие розовые цветочки). По второй версии идея кобальтовой сетки возникла у художницы по аналогии с заклеенными крест накрест окнами домов в блокадном Ленинграде. Художница пережила блокаду, потеряла мать и сестру в голодные годы, и хотела увековечить их память. Сами художники в большинстве своем склоняются к этой версии, но пока официальной версией считается первая. Кобальтовая сетка много лет рисовалась вручную, но в последнее время завод перешел на декорирование деколью (переводная картинка), чтобы снизить цену на изделия и сделать их более доступными. Появились и новые интерпретации классической кобальтовой сетки. Это «Сетка Блюз» (красная сетка), «Сетка Джаз» (золотая сетка) и Платиновая сетка. Эти «сетки» так же выполняются с помощью деколи, а не ручной росписи. А в вашей семье была когда-нибудь посуда с «Кобальтовой сеткой»?

Никогда не была в Великом Устюге. Но зато есть у меня такая милая берестяная шкатулка из этого города. Купили ее когда-то на пристани Свирьстрой для дочкиных детских колечек. ШЕМОГОДСКАЯ БЕРЕСТА – так называется этот героический промысел. Почему героический? Этот промысел, как и многие другие русские ремесла, знал времена расцвета и упадка, а однажды, в 50-е годы 20 века все артели просто закрыли и распустили из-за нерентабельности. И вот сами мастера продолжали резать из бересты закладки, матрешек, небольшие шкатулки, продолжали хранить традиции ажурной просечной резьбы по бересте. А возник этот художественный промысел еще в 18 веке в Вологодской губернии на реке Шемоксе. Во второй половине 19 века это было массовое производство, в котором работали почти 200 мастеров из 14 деревень. Делали тавлинки (коробочки для табака), шкатулки, перчаточницы, платочницы. Их оклеивали толстым плотным берестяным листом с уже нанесенным просечным (то есть сквозным) узором. Городские мастера, устюжане, изображали диковинных зверей, сценки из городского быта, пейзажи. А крестьянские резчики предпочитали растительные орнаменты. В конце 1960-х годов благодаря настойчивости самих мастеров и деятелей культуры промысел был возрожден, а позже открылась фабрика художественных изделий «Великоустюжские узоры». Приятно держать в руках эту маленькую уютную коробочку, приятно чувствовать тепло мастера, вложившего свой талант даже в такое небольшое изделие (хотя ведь резьба в мелком масштабе требует еще больше сноровки и точности). Все-таки ничего не может сравниться с предметами из натуральных материалов, в которые мастера вдохнули красоту. А у вас есть что-нибудь красивое из бересты?