Клуб психологини

Лариса стояла у окна, разглядывая новые шторы — бежевые, с тонким золотистым узором. Купила себе сама, выбирала целый час в магазине, и никто не торопил, не ворчал, что трата денег на тряпки — глупость. Впервые за тридцать лет замужества она повесила то, что нравилось ей, а не то, что одобрил бы муж. Бывший муж. Звонок в дверь прозвучал резко, словно удар молота по спокойствию воскресного утра. Лариса вздрогнула, обернулась. Кто это может быть? Соседка за солью? Курьер с посылкой? Она не ждала никого...

Лариса стояла у окна и смотрела на серый октябрьский двор, где ветер гонял пожелтевшие листья. В руках она держала распечатку банковской выписки. Цифры расплывались перед глазами: восемьсот двадцать три тысячи рублей. Восемьсот двадцать три тысячи, о которых она не знала. Совсем не знала. Тридцать пять лет брака, тридцать пять лет она честно отдавала свою зарплату в общий котел, экономила на себе, носила одно пальто семь зим подряд, а он... Он прятал деньги. Словно она враг. Словно она чужая. — Ларис, ты чай будешь? — голос Николая донесся из кухни, спокойный, привычный...

Валентина проснулась раньше будильника. Сердце билось как-то по-особенному, по-девичьи. Тридцать четыре года. Тридцать четыре года назад она шла под руку с Анатолием к загсу, в белом платье, сшитом матерью за три ночи...

Ольга стояла на пороге собственной спальни и не верила глазам. Свекровь Ирина, величественная как императрица на троне, методично перебирала содержимое шкафа, откладывая вещи в две кучи. Одна — аккуратная, другая — небрежная, явно предназначенная для мусорного ведра. — Ирина Петровна, что вы делаете? — голос Ольги дрожал, но она изо всех сил старалась сохранять спокойствие. Свекровь обернулась, словно её застали за самым обычным делом. На лице ни тени смущения. — А, Оленька, ты уже вернулась? Я думала, ты до шести на работе...

Татьяна проснулась в семь утра от звука будильника и впервые за долгое время не ощутила привычной тяжести в груди. Год прошёл с момента развода. Целый год она училась дышать заново, словно после долгой болезни. Квартира казалась просторнее без вечно недовольного Игоря, воздух — чище, а по утрам не приходилось готовить завтрак человеку, который даже спасибо сказать не умел. — Мам, а бабушка звонила? — спросила Лиза, жуя бутерброд с сыром. — Нет, солнышко. А что? — Просто она обещала на выходных в театр сводить...