Ребёнок девяностых

Живу я с мамой в одном городе, но в разных районах — достаточно далеко друг от друга. На общественном транспорте с пересадками дорога занимает около двух часов. Поэтому мама к нам приезжает редко. Чаще всего мы сами приезжаем к ней. Стараемся бывать у неё на праздники и хотя бы раз в месяц на выходных. Иногда заезжаем и среди недели, если оказываемся рядом. Мама обычно занята своими делами: увлекается скандинавской ходьбой, ходит плести маскировочные сети в клуб рядом с домом. Записалась в центр помощи — вяжет пинетки и шапочки для недоношенных деток, носки для бойцов...

Какая интересная штука — жизнь. Вот вроде бы работаешь, как все: ходишь по магазинам, покупаешь продукты, платишь за квартиру, общаешься со знакомыми, друзьями и родственниками. Все вокруг жалуются на

Альфина всегда была крупная дама, объемная, и всегда очень мечтала похудеть. С активным образом жизни у нее как-то не заладилось с самого детства. - Бегать я не люблю, – говорила она, жуя бутерброд. – На велосипеде пробовала учиться ездить, папа мне его купил. Помню, новенький такой, розовый, весь такой девчачий прям, девчачий. Звонок еще у него был на руле, как клаксон. Мне прикрутили колеса дополнительные для равновесия, я села, и папа мне помогал ехать. Придерживал велосипед. Вот пока колеса эти стояли, я нормально ездила, мне даже нравилось...

- Не умеешь ты, Василиса, правильно жить, — твердит мне подружка Олеся, сидя на моей кухне и поедая картофельное пюре с котлетой по-киевски. - Даже так? И почему же я живу неправильно? — Я даже борщ мешать перестала, выключила плиту и присела рядом, готовясь слушать поучительный рассказ. - Ну вот смотри, дорогая, — Олеся чуть котлетой не подавилась, — у тебя как день проходит? - Как у всех. Дом — работа — магазин — дом. - Нет, моя дорогая. У всех он не так проходит, и у тебя не так, как ты говоришь...

Есть у меня сестра младшая, Катька. У нее растет дочка Рита, племянница моя. Раньше мы часто виделись, особенно если детей привозили к маме на выходные. Она так, пока ребятишки маленькие были, их часто собирала, чтоб веселей было играть. - А что, у тебя-то двое ребят, а Рита одна. Привози своих, им хоть веселее вместе будет, найду, чем их занять. – говорила мне мама, когда звонила по телефону. Я поначалу возила своих мальчишек к маме, а потом стала замечать странности. Оба заплаканные приезжают, синяки на руках стали появляться...

- Эх, Маша, Маша, не знаю и что делать, может, ты чего подскажешь? Костю-то моего никак на работу не берут, уже второй год дома сидит. Может, его в этот, как его, черный список внесли? Как бы узнать-то, не знаешь? -Что за черный список, Валь? Сидят на лавочке перед домом две пожилые женщины, рядом пакеты с продуктами, видно, с магазина пришли и присели передохнуть. Да немного поговорить, раз уж сели рядом. -Ну это когда плохого работника вносят туда, чтобы его не брал никто на работу. -А что, и такой...

Давно не писала в дневник ничего. Потому что хорошего написать нечего. Всё печально. Джинсы я себе так и не купила, никак не смирюсь с тем, что говорят мне весы и размеры, которые намерили в магазине одежды. На работу пришлось идти в платье, единственное, что на меня налезло. Дурацкое желтое платье с оттопыренными карманами по бокам. Они меня и подвели. Я пошла в столовую, понедельник, настроение хорошее, несмотря на платье. В столовой, как обычно в этот день, народу немного, мне достались мои любимые московские плюшечки...

Как можно быть такой нюней?! Ты что, сдачи дать не могла? Посмотри, весь портфель в грязи, все тетрадки мокрые. Ну что ты за ребенок такой. Одни убытки с тобой, видимо, опять в школу придется идти. А могла бы и сама разобраться, раз и навсегда. – причитала мать, разглядывая мой портфель. В школе меня не любили именно из-за матери. Она постоянно ходила в школу, буквально как на работу. Всё время ругалась, скандалила и грозила всем карами небесными. Она считала меня нюней, слабачкой и несамостоятельной совершенно...

Я зашла в квартиру к Светке и первое, что сделала, это вляпалась в кучу, вонючую такую кучу, прямо у входа, на коврике. - Фу-у-у, Светка, это что за сюрприз такой! Я себе обувь испортила, хорошо, новые кроссовки надевать не стала. Но в чем мне теперь домой-то идти? – Я брезгливо осматривала старый кед, он, конечно, уже ношенный, но вот такого он точно не заслужил. Ладно, я хоть не додумалась надеть босоножки, а то был мне сюрпризище. - Ой, прости, дорогая. Я тебе свои отдам. Димка, ты почему Вихря не выгулял? Смотри, что он наделал...

- Кто это к тебе, Степановна, на такой дорогущей машине приезжал? – соседка сгорала от любопытства. - Ой, Лид, будто и не видела, сноха же приехала, вон продуктов купила, сумки принесла. На столе стоят, разобрать мне надо. - А что же это она даже не разобрала что ли? - Нет, на стол поставила, да сбежала. Наплела с три короба, что из детского сада звонили, мол, за Аленкой надо бежать, и рванула. Ну да скатертью дорожка ей. - Когда же это они такую машинку-то купили? - Да откуда я знаю. Все жилы из моего сына, поди, вытянула, он бедный на работе живет и днем и ночью...

Сергей был женат на Анне уже семь лет. У них росла общая дочь Маша, ей было пять. Жили как все, не то чтобы особенно счастливы, но жили. Когда-то, чуть больше семи лет назад, Сергей пламенно влюбился в Анну, студентку их института. Она училась на третьем курсе, он его заканчивал. Она приезжая, не из деревни, но и не из их города. У них был областной центр, а Аня была из соседнего города, там народу жило чуть поменьше. Учились они на разных факультетах. Сергей на строительном, инженером должен был стать проектировщиком...

Итак, значит, мои любимые джинсы утрачены безвозвратно. Это значит, пора идти в магазин за новыми. Пришлось идти. Я пошла в свой любимый магазин, «Остин» называется, и что вы думаете, мне сказали, что на меня у них нет размеров. Как это нет, я что, танк, обтянутый тканью, что ли? На всех есть, а на меня нет. Полезла искать сама. Собрала все максимально большие джинсы, что нашла в магазине, и ни одни не смогла застегнуть. Уже и приседала, и вдыхала — бесполезно. Не застегиваются, живот и бока свисают так, что ни одна футболка не прикроет...