Владимир СКОБЦОВ

, Если выживешь, не смейся, а не выживешь, не плачь. Знамя клонится на землю и от крови тяжелея, Солнце клонится к закату, и в трубу трубит трубач. Книги судеб рукотворны, Век бежит строкой короткой, Нам бы с Богом жить покорно, Нам бы скрипки да валторны, У судьбы калаш и «плётка». На Голгофе всё, как прежде, прокуратор пьёт фалерно, Сообщил ЦАХАЛ, из Газы надвигается гроза, На Кавказе, как обычно, режут верных и неверных, Аромат востока сладок и коварен, как гюрза. Путь к Голгофе не был узким - Коммунизм, царизм, дворянство, Свет Голгофы не был тусклым, Страшный Суд не страшен русским, Вот вам крест и вот гражданство...

Мы не местные, мы не гордые, Извела судьбы злая прыть. Помогите нам, люди добрые, Кто чем может, позор прикрыть. Повторение штука бодрая И учения мать итить, В дом пустите нас, люди добрые, На халяву воды попить. Мы не местные, мы же дёрганы, Мы не Нимфа, в качель тудыть, Нам что в органы, что на органы, Нас понять нужно и простить. Мы не местные, мы народные, Вам ещё с нами вместе жить, Мы не сытые, мы голодные, Можем за ногу укусить...