Leyli

Семь лет брака я искренне считала, что у нас нормальная, среднестатистическая семья. Жили в съемной «однушке», пахали оба: я менеджером в логистике, Игорь — продавцом в автосалоне. Звезд с неба не хватали, за каждую копейку спорили, но жили ровно. По крайней мере, мне так казалось, пока полгода назад не умерла моя бабушка. Бабушка оставила мне трехкомнатную квартиру в сталинском доме недалеко от центра. Полноценные семьдесят квадратных метров, высокие потолки, паркет. Для нас это был шанс наконец перестать отдавать тридцать тысяч дяде за аренду и начать откладывать на нормальную жизнь...

Мы с Антоном прожили вместе четыре года. Жили скромно, в съемной однокомнатной квартире, откладывали каждый рубль на первоначальный взнос по ипотеке. Я работала старшим продавцом в строительном магазине, Антон — мастером на автомойке. Заработки средние, зато стабильные. Моя свекровь, Ольга Николаевна, работала кредитным экспертом в небольшом коммерческом банке. Женщина она хваткая, пронырливая, привыкшая всё крутить в свою пользу. Год назад её младшая дочь, сестра Антона, решила открыть «свой бизнес» — парикмахерскую...

Девять лет я тянула наш семейный бизнес сама. Строительный магазин на выезде из города, две торговые точки на рынке, склады, поставщики — все было на мне. Мой муж Вадим числился «управляющим». На деле его работа сводилась к тому, чтобы раз в неделю приехать на объект, выкурить сигарету с старшим продавцом и забрать из кассы наличку на свои «представительские расходы». Меня это до поры до времени устраивало. Я привыкла пахать, а Вадим умел красиво улыбаться, создавать вид успешного мужика и возить меня по выходным в загородные рестораны...

Четыре года я вкладывала в эту «двушку» каждый заработанный рубль. Пахала на двух работах, отказалась от отпусков, вместе с мужем жила на макаронах, пока мы выгребали бетонную пыль и выравнивали стены. Единственный нюанс — квартира была оформлена на свекровь, Галину Николаевну. В свое время она внесла первоначальный взнос — триста тысяч рублей, оставшихся после продажи бабкиной дачи. Остальные два с половиной миллиона отдавали мы с Сергеем. Но свекровь тогда слезно просила: «Деточки, давайте на меня оформим! Сережа у меня импульсивный, мало ли что...