Так бывает

Сидим мы с мужем на дачной веранде, наслаждаемся тихим летним вечерком. Чай с смородиновым листом попиваем, варенье малиновое к нему припасла. Воздух тёплый, пахнет свежескошенной травой и цветущей липой. Вдруг слышу — по грунтовой дороге к нашему участку машина подъезжает. Присмотрелась — так и есть, Ленка, племянница мужа, выходит из роскошного серебристого мерседеса. С ней какой-то незнакомый мужчина. — Сереж, смотри-ка, — толкаю мужа локтем. — Племянница твоя пожаловала. И не одна, с кавалером...

Очередь в отделении Сбербанка была такой же длинной и неторопливой, как пятничный вечер. Маргарита Петровна, достав из сумки списки продуктов, мысленно составляла план на ужин. Впереди нее две женщины, лет под пятьдесят, как и она сама, оживленно обсуждали третью, отсутствующую. — Представляешь, Светка-то ушла! — с придыханием говорила одна, в ярком рыжем парике. — От Виктора. Говорит, двадцать пять лет терпела его ворчание, хватит. — Куда ушла-то? — подхватила вторая, закутанная в пуховый платок, несмотря на плюсовую температуру за окном...

Осень в этом году была особенно золотой. Я сидел у окна своей мастерской и наблюдал, как ветер играет с последними листьями старого клёна. Казалось, сама природа готовила декорации к моему уходу. Каждый лист, медленно кружась в своём последнем танце, напоминал мне мазки кисти на холсте — такие же несовершенные, но полные смысла. Меня зовут Виктор Петрович. Мне семьдесят восемь лет, и я художник. Не знаменитый, не богатый — просто художник. Тот, кто всю жизнь пытался поймать ускользающую красоту. Моя мастерская — это бывшая гостиная в коммунальной квартире, где я прожил всю жизнь...

Я всегда считала наш брак крепостью. Не той показной, про которую пишут в соцсетях, а настоящей — с толстыми стенами, надёжными затворами. Мы строили её десять лет. Камень за камнем. Доверие, уважение, общие победы и поражения. Двое детей. Совместные бессонные ночи у кроватки сначала Машеньки, потом Сашки. Ипотека, которую мы выплачивали вместе. Его карьера, которую я поддерживала, как могла. Мои мечты, которые он будто бы разделял. А сегодня эта крепость рухнула. Не под натиском внешних бурь, а из-за предательства своего же командира...

Ольга стояла в самом конце очереди в отделении банка, уставясь в номерок с цифрой «157». На табло горело «136». Она вздохнула и достала телефон, чтобы скоротать время. Перед ней маячила спина мужчины в дорогом костюме. Он нервно поглядывал на часы и отчитывал кого-то по телефону за задержку отчётов. Через два человека молодая мать пыталась успокоить плачущего младенца, перекладывая его с руки на руку. Пожилая пара перешёптывалась о том, что не успеют к открытию поликлиники. «У каждого свои заботы», - мелькнуло в голове у Ольги...