Ольга Николаева

Пожилую, небольшого роста женщину, пытается догнать хохочущая девочка. Она то и дело хватает убегающую за рукав. Женщина оборачивается и ласково говорит: - Это кто меня держит? Ариша Кузьмина, да? - Это Баба Яга, - грозным голосом отвечает девочка. И женщина опять убегает. Девочка могла быть далеко впереди, но она понимает, что у бабули болят колени, а им обеим так хочется поиграть. Вот она и поддаётся. Обе безмятежно смеются. ……………………… Говорят, когда у вас появляются внуки, вы понимаете, что такое настоящая любовь...

Юрка глянул на ослепительно яркое солнце и взялся за голову: - Вот я разиня! Наверное, уже скоро обед, а я всё ещё прохлаждаюсь. Сегодня Юрка – вольная птица. Сегодня воскресенье. Родители с сестрой уплыли в райцентр за покупками. Не воспользоваться этим просто глупо. Он успел соскучиться по рыбалке. Он ещё раз проверил, не забыл ли чего. Крючки, леска, ножик. Новое удилище он вырежет на месте. Юрка сунул за пазуху ломоть хлеба, прямо с грядки прихватил самый большой огурец – и прямиком на Каменку...

Наверное, нет ничего особенного в той улице, на которой живёт Инна. Улица, каких много. Где так гармонично соединились и старинные здания, и возведённые в наши дни элегантные новостройки. Прямая, как стрела, обсаженная по обеим сторонам стройными липами, улица живёт своей жизнью. Скромно и достойно. Рано утром Липовая просыпается, и жизнь закипает. Люди отправляются по своим делам: дети – в школу, взрослые – в институты и учреждения. Инне нравятся эти люди. Наверное, они тоже любят свою улицу не меньше, чем она...

- Ну что ж, будем знакомиться? – Иван обвёл внимательным взглядом комнату и всех в ней находящихся. Улыбнулся широко. – Коротич, будущий юрист. - Коротич? – ребята переглянулись. - Да. А что? – удивился Иван. - Ты женат? - Нет. - Ну, а сестра у тебя есть? - Нет сестры. А в чём дело? - Ты не знаешь Оксану Коротич? - Нет. А кто она? - Самая красивая девушка в университете. С твоей фамилией тебе и карты в руки. Не теряйся… Иван поступил в универ после службы в армии. На первых порах жил за городом, у родной тётки...

Мать Ксюши умерла сразу же после родов, оставив девочку своему непутёвому мужу. Пётр испытал облегчение и даже обрадовался, когда свояченица, укутав малышку в тёплое одеяльце, увезла к себе в деревню. С молчаливого согласия молодого отца. Вдовец же, помотавшись по друзьям, оплакивая свою несчастную долю, вскоре исчез в неизвестном направлении… - Эх, Лиза, бедная моя сестрёнка, - сокрушалась старшая сестра, - и сама толком не пожила на белом свете, и кроху свою осиротила. Так вышло, что Катерина заменила Лизе трагически погибших родителей...

Девчонки спорили: - Никогда я не выйду замуж. Не хочу. Зачем это мне нужно? - И я, - присоединилась к ней подруга. Другие, посмеиваясь, отвечали: - Повыскакиваете. Особенно ты, Альбинка. Вдруг Марина: - Давайте, я вам погадаю по руке. - Гадай. - О, Лена, у тебя будет аж трое детей. Кате она нагадала двух мужей. Соне предсказала, что та станет матерью-героиней. Не вытерпела и Альбина: - Погадай и мне! «Гадалка» незаметно подмигнула и сказала строго, глядя на её руку: - А у тебя детей не будет. - Ой, девочки, как же это так? – испуганно воскликнула убеждённая «холостячка»...

Был один из тех дней золотой осени, когда ветер несёт по серым тротуарам багряную листву. Именно в такой день Глеб сошёл с поезда. Ноги сами привели к её дому. Он вдруг почувствовал смертельную усталость. Откуда только она взялась? Правда, Глеб так и не заснул ночью, долго стоял в тамбуре, а потом вернулся в купе, забрался на третью полку и пролежал без сна, пока проводница не постучала в дверь. - Вот я и пришёл, - сказал себе Глеб. – Наконец-то! Пятнадцать лет назад он уезжал отсюда навсегда. - Вторая квартира… - он устало прислонился к лестничным перилам...

Она всегда радостно вбегала в общежитие и нетерпеливо бросалась к полочке, на которой обычно лежали письма. Свежую почту сортировали прямо здесь, на вахте, и раскладывали в ячейки по алфавиту. Берёшь пачку писем на нужную тебе букву, и перебираешь, пока не найдёшь своё. Можно не один раз за день заглянуть на вахту – это если ты находишься в нетерпеливом ожидании вестей. А если, к примеру, безнадёжно застрял в интернете, то с полным безразличием пройдёшь мимо. Наверное, Рите были очень дороги эти письма...

Пустая улица оглушила тишиной. Ни шума проезжающих мимо машин, ни лая собак. Потянуло ветерком – мягким, тихим и не по-осеннему тёплым. Эта ночь, сказать в добрый час, выдалась относительно спокойной. Обычное среднее дежурство, обычная рутинная работа. Сегодня среди «новеньких» тяжёлых больных не было. В медицину Илья пришёл по призванию. А как по-другому, если в их семье все врачи? Он не представляет для себя другой жизни: - Медицина – это моя мечта, моя судьба! В коллективе районной больницы молодого неженатого доктора встретили по-домашнему тепло...

- Как вас зовут, В. Д. Трушин? - Владимир. - Сколько вам лет? - Тридцать восемь. Володя Трушин впервые в жизни сидел в гостях у писателя. Более того, он впервые, вот так, вживую, видел настоящего писателя. И, хотя Володя обычно держался на людях строго и деловито, здесь жутко смущался и робел. Дело в том, что он приготовился увидеть представительного, степенного человека, восседающего с задумчивым видом за солидным письменным столом. Такому можно было бы открыто высказать своё мнение и даже поспорить...

Это было его самое любимое место – крохотный клочок берега, весь заваленный разноцветным галечником. Сюда, в этот укромный уголок, почти не долетал шум с «дикого» городского пляжа. На море Артём переехал этой весной. Сменить климат на более сухой и тёплый ему настоятельно порекомендовал его лечащий врач. И теперь каждое утро он просыпался с живописным видом на побережье. Артём сидел на берегу, привалившись спиной к большому тёплому камню, и лениво смотрел на море. Шум волн и шуршание песка убаюкивали...

Утро было сухим и тихим. Солнце – свежим, красновато-медного цвета. - Пылает прямо, как огонь, - подумал Фёдор. Вчера у него выдалась непростая смена. Три вызова подряд. И все без жертв. С огнём пришлось побороться, но счёт 3:0 в пользу пожарных говорит сам за себя. Возгорания ликвидировали полностью – всё, можно выдохнуть. - Ты чего так рано поднялся? Выходной же… - в комнату осторожно заглянула жена. - Пойду свиньям корма намешаю. Тамара подняла голову, чуть склонив к плечу. Очки у неё были приспущены и держались на самой середине носа...