Ольга Николаева

Она всегда радостно вбегала в общежитие и нетерпеливо бросалась к полочке, на которой обычно лежали письма. Свежую почту сортировали прямо здесь, на вахте, и раскладывали в ячейки по алфавиту. Берёшь пачку писем на нужную тебе букву, и перебираешь, пока не найдёшь своё. Можно не один раз за день заглянуть на вахту – это если ты находишься в нетерпеливом ожидании вестей. А если, к примеру, безнадёжно застрял в интернете, то с полным безразличием пройдёшь мимо. Наверное, Рите были очень дороги эти письма...

Пустая улица оглушила тишиной. Ни шума проезжающих мимо машин, ни лая собак. Потянуло ветерком – мягким, тихим и не по-осеннему тёплым. Эта ночь, сказать в добрый час, выдалась относительно спокойной. Обычное среднее дежурство, обычная рутинная работа. Сегодня среди «новеньких» тяжёлых больных не было. В медицину Илья пришёл по призванию. А как по-другому, если в их семье все врачи? Он не представляет для себя другой жизни: - Медицина – это моя мечта, моя судьба! В коллективе районной больницы молодого неженатого доктора встретили по-домашнему тепло...

- Как вас зовут, В. Д. Трушин? - Владимир. - Сколько вам лет? - Тридцать восемь. Володя Трушин впервые в жизни сидел в гостях у писателя. Более того, он впервые, вот так, вживую, видел настоящего писателя. И, хотя Володя обычно держался на людях строго и деловито, здесь жутко смущался и робел. Дело в том, что он приготовился увидеть представительного, степенного человека, восседающего с задумчивым видом за солидным письменным столом. Такому можно было бы открыто высказать своё мнение и даже поспорить...

Это было его самое любимое место – крохотный клочок берега, весь заваленный разноцветным галечником. Сюда, в этот укромный уголок, почти не долетал шум с «дикого» городского пляжа. На море Артём переехал этой весной. Сменить климат на более сухой и тёплый ему настоятельно порекомендовал его лечащий врач. И теперь каждое утро он просыпался с живописным видом на побережье. Артём сидел на берегу, привалившись спиной к большому тёплому камню, и лениво смотрел на море. Шум волн и шуршание песка убаюкивали...

Утро было сухим и тихим. Солнце – свежим, красновато-медного цвета. - Пылает прямо, как огонь, - подумал Фёдор. Вчера у него выдалась непростая смена. Три вызова подряд. И все без жертв. С огнём пришлось побороться, но счёт 3:0 в пользу пожарных говорит сам за себя. Возгорания ликвидировали полностью – всё, можно выдохнуть. - Ты чего так рано поднялся? Выходной же… - в комнату осторожно заглянула жена. - Пойду свиньям корма намешаю. Тамара подняла голову, чуть склонив к плечу. Очки у неё были приспущены и держались на самой середине носа...

Сергей вышел из здания аэропорта и непроизвольно поёжился: - Холод собачий! В такую погоду хороший хозяин и собаку на улицу не выгонит… Подняв повыше воротник пальто, ровным уверенным шагом направился к своему автомобилю. Он уже собрался садиться в машину, как увидел её. - Майя, привет! – обрадовался встрече Сергей. – Не узнаёшь? Ты ли это? Вот встреча, так встреча! Сколько лет, сколько зим… Майя сразу узнала его, ойкнула, растерялась. Голос выдал волнение: - Вот, провожала мужа… самолёт всё задерживали… ужасно устала...

Ночь стояла ясная, луна – чистая и яркая. Лида любила это волшебное время ожидания луны. Может быть, в эти минуты она становилась излишне впечатлительной, но то, что чувства её обострялись – это точно. - Ваня, милый, как мне тебя не хватает! И осенние дожди не уходят – шуршат, всхлипывают… В первый раз происходило с ней такое. Она начинала думать: а вдруг с ним что-то случится? Сорвётся со скалы, встретится с медведем или на него дерево упадёт… Ваня, муж, до сих пор не вернулся. Его геологический отряд всё ещё оставался в тайге – до полного завершения работ...

Валентина пристально вглядывалась в ту сторону, откуда должна была прийти дочь, и не находила себе места. - Продлёнка давно закончилась. Где она может быть? Ума не приложу. Это совсем на неё не похоже. В школу – нельзя, - рассуждала обеспокоенная мать, - дочка запрещает за ней приходить («Я уже не маленькая!») И я, как нарочно, телефон дома забыла. Отыскивая взглядом родное лицо, Валентина поймала себя на мысли, что ищет и его… В первые дни ей казалось: то, что она испытывает – это только муки ревности...

Летом Дина с родителями переехали в новую квартиру. Ей давно хотелось выбраться из надоевшей коммуналки и, как можно скорее, начать новую жизнь на новом месте. И теперь она была самой счастливой девочкой на свете. Ей нравилось здесь всё: и просторная квартира, и двор – любимое место для игр. Классики, прятки, догонялки… - Догони, догони! – кричит Дина и срывается с места тоненьким вихрем. – Никита, догони! Он никогда не смог бы её догнать. Даже если бы очень захотел. У Никиты больное сердце. Оно даёт о себе знать даже при малейшей физической нагрузке...

Утро началось с длинного настойчивого звонка в дверь. Анатолий накинул халат, ногой нащупал на полу тапки и, сладко потянувшись, пошёл открывать. Первое, что он увидел через приоткрытую дверь, был худенький мальчик лет четырёх-пяти, с большими голубыми глазами. Пушистые ресницы почти касались бровей. Было в нём что-то очень знакомое. - Не могу вспомнить, кого он мне напоминает… - Анатолий недоуменно пожал плечами. И тут он увидел её. Ульяна стояла в глубине лестничной клетки и смущённо улыбалась...

Лере казалась, что она давно здесь всё знает. Каждую улицу, каждую тропку. Егор так живописно и увлекательно рассказывал о своих родных местах, что в её представлении это был совершенно особенный посёлок. И люди здесь жили тоже особенные, с широкой душой. Она так истосковалась по нему: - Каким ты стал? Ведь прошёл целый год с тех пор, как мы не виделись. Это же целых двенадцать месяцев! Писал Егор редко. Понятное дело – у агронома всегда много дел. Последнее письмо было месяц назад. Лера так обрадовалась! Любимый человек звал её к себе...

Это воспоминание врезалось в память Виктора навсегда. И этот взгляд. Холодный и отстранённый. Чужой взгляд серых глаз. Маминых глаз… Виктор воспитывался в детском доме и считал, что мамы у него нет. Он вообще её не помнил, словно той и не было никогда. Но, как и любой другой ребёнок, он мечтал о ней, он скучал по ней и очень переживал по этому поводу. Ему снились тёплые женские руки и ласковая улыбка. Мальчик просыпался разочарованный, с бьющимся сердцем: - Это был всего лишь сон… Свою семью Витя обрёл в детдоме...