Бурштейн Игорь Моисеевич

Игорь Моисеевич Бурштейн считал, что у каждой семьи есть свой уровень хаоса. У кого-то — легкая турбулентность, у кого-то — умеренный шторм, а у некоторых — полноценный ураган с элементами карнавала. Семья Дины относилась к последней категории, причем с запасом прочности. Познакомились они, как это обычно бывает, совершенно случайно — и с тех пор Игорь Моисеевич подозревал, что это не случайность, а чья-то режиссура. — У них четверо детей, — осторожно сообщил ему знакомый. — Это не дети, — сказал Игорь Моисеевич после первого визита. — Это мобильный оркестр. Выглядели они очень антуражно, некоторые в толстых очках...

Игорь Моисеевич Бурштейн давно подозревал, что жизнь у людей устроена не столько сложно, сколько неровно. Особенно у тех, кто пытается навести в ней порядок. Его друг Семён Борисович порядок навёл. Правда, довольно своеобразный. У него был кризис среднего возраста. Ну как был? Бывал. Начался он в двенадцать лет и с тех пор не прекращался, а просто переходил из активной фазы в плановую...

История эта случилась примерно за год до побега кота Бориса (ударение на букву о) и торжественного его возвращения. Игорь Моисеевич Бурштейн заметил тревожные симптомы давно. Кот Борис (ударение на о) начал странно себя вести: сначала исчезал на пару часов, возвращался с подозрительным блеском в глазах, потом вдруг резко становился агрессивным и непредсказуемым. То по полу катается в течение часа, то нассыт где попало (такое, кстати, уже бывало, но в туфли Бурштейна), то сядет на подоконнике и орет во все кошачье горло...

Игорь Моисеевич Бурштейн — рыбак! Ну, как рыбак… Так, может иногда с удочкой или со спиннингом на речке побыть... И вот однажды решил Игорь Моисеевич сходить на рыбалку, а если точнее, съездить. Утром, когда солнце едва показалось над горизонтом, он уже был на речке. Как вполне себе нормальный рыбак. Даже бутерброды с собой взял и банку пива. Приехал на речку рядом с малой родиной, речка впадала в Оку и выглядела симпатично. По песчаным берегам росли небольшие заросли береговой осоки, на том берегу был небольшой коряжник...

Игорь Моисеевич Бурштейн, будучи мужчиной опытным и в делах земельных поднаторевшим, случалось, совершал бытовые ошибки, не характерные его уровню. Что ж, у всех есть «слепая зона», в которой творится чёрт знает что… Ахиллесовой пятой Бурштейна был кот Борис со своим неизменным ударением на букве «о». Первой ошибкой Бурштейна была безоговорочная капитуляция перед Борисом, вернувшимся из полугодового дезертирства с трофеем — изящной кошечкой Кляксой. Второй, и куда более серьёзной, стала наивная уверенность Игоря Моисеевича, что кот плюс кошка не всегда равно много котят...

Еще одна характерная особенность организма Игоря Моисеевича Бурштейна — он хорошо спит! Ну прямо прекрасно спит, без всякого снотворного и прочей химии. Вот так ложится в постель, командует себе «отбой» и дрыхнет до самого утра, просыпается без всякого будильника бодрым и энергичным. Особенность эту он заметил за собой в школе перед экзаменами. У многих одноклассников накануне мандраж, близкий к истерике, на экзамены большинство пришли квелыми и морально угнетенными от зубрежки, а Игорь явился выспавшийся и вполне собой довольный...

Однажды, когда Игорь Моисеевич Бурштейн пришел измотанный делами домой и налил себе стаканчик кваса, Борис, сидя на подоконнике, с интересом наблюдал за процессом. «Что это за жидкость такая?» — подумал он. Игорь Моисеевич, заметив любопытство своего когтистого друга, решил поделиться с ним. Он налил немного кваса в блюдце и поставил перед Борисом. Борис, конечно, облизнулся, но не спешил пить. Он посмотрел на Бурштейна с укором и мяукнул: — Мяу, хозяин, ты что, меня за младенца держишь? Квас?! Мне?! Кот Борис как истинный аристократ предпочитал более изысканные напитки...

Игорь Моисеевич Бурштейн очень любит природу. И подобно рязанскому поэту Есенину, Бурштейн зверье, как братьев наших меньших, никогда не бил по голове. Но, чёрт возьми, кот Борис (ударение по-прежнему на о) привёл в дом чёрную кошку, а она выдала на гора пятерых котят! Игорь Моисеевич был очень привязан к своему блудному коту и после нескольких месяцев разлуки, рад был его возвращению нечеловечески! И даже был готов терпеть пассию Бориса. Но не пятерых же спинокусов сверху! Тем временем, котята выросли немножко и стали жрать, почти как взрослые...

Игоря Моисеевича всегда очень удивляли люди, двигающие стулья по полу со скрипом. Казалось бы, вполне простая вещь — поднять стул и переставить его аккуратно, избежав раздражающего звука. Но почему-то многие предпочитали именно этот способ перемещения мебели, словно специально стремясь вызвать раздражение окружающих. Однажды Игорь Моисеевич решил провести небольшой эксперимент. Он устроился в кафе неподалеку от своего дома и стал наблюдать за посетителями. Каждый раз, когда кто-то начинал двигать стул по полу, он делал заметку в своем блокноте...

Настало время вспомнить, что счастливый после долгой разлуки с котом Борисом (с ударением на о) Игорь Моисеевич Бурштейн совершил стратегическую ошибку. Он позволил коту привести в квартиру подругу Кляксу. А Клякса ещё и приплод принесла. Не склонный к резким решениям Бурштейн решил, что котята чуть подрастут, и он их раздаст. Мысль о старинном сельском способе избавления от котят посредством ведра воды даже не пришла ему в голову, всё-таки горожане слишком гуманны для таких демографических решений...

Игорь Моисеевич Бурштейн начинал день незавидно. Болела голова и слегка подташнивало. Он встал с кровати, почесал пятую точку и побрел в ванную попить воды из-под крана. В тот момент вода показалась особенно вкусной. Выпив едва ли не литр, но так и не напившись, Бурштейн побрел к кровати, заодно посмотрел в окно. В окно заглядывало солнце и красивые платаны. Бурштейн посмотрел на часы. Было 12.30 утра, примерно четыре часа до вылета. Игорь Моисеевич плюхнулся на кровать. «Можно еще часок поспать», — говорил внутренний голос в его болевшей голове...

У Игоря Моисеевича Бурштейна, как и у любого человека, есть свои привычки. Одна из них — заезжать на любимые автозаправки и заправляться тамошним Американо. Таких заправок буквально две-три в городе и ещё плюс очень много по всей стране, ведь Бурштейн гоняет по России на авто, что твоя бешеная собака, которой сто верст не крюк. Мало того, что Игорь Моисеевич покупает на этих АЗС кофе, он ещё и деловые встречи там частенько назначает, ведь для чего-то хозяева заправок оборудуют их кафешным пространством...